Ох уж эти рождественские каникулы! Для кого отдых на природе, а для меня сплошные гулянки в шумных компаниях с друзьями, коллегами, родными. Нескончаемый вертеп до самого старого Нового года. И вот наконец-то всё завершилось.
Утро нового дня в старом Новом году выдалось сказочным. Снег запорошил деревья, крыши домов, укрыл пространство чистотой, святостью, новорождённой белизной.
Снег скрипит под ногами. Голова в похмельном дурмане, в висках стучит. Шлёпаю по заснеженной мостовой, направление держу к угловой пивной со сказочным названием "Коломбина".
Добредаю. Открываю массивную дубовую дверь. Оглядываю посетителей.
Всё те же клиенты: два синюшных бомжа за стойкой греются, пара пришлых крутых, вальяжно развалившихся в кожаных креслах, Лёха-хиляк за соседним столом, и я вижу, что он уже поддатенький. Рядом с ним сидит приличный мужик, смахивающий на ковбоя. Замечаю серую кроличью ушанку на нём, небритость суровую и довольно-таки странную: брови чернющие, дугой, усы им под цвет, а борода каштановая. Странно! Нет, на искусственность не похоже. Видимо, природа-мать так его одарила, а кроме того глазищами миндального разреза, зеленющими вдобавок. Ресницы словно подведённые, пушистые. Прямо хоть сейчас портрет с натуры малюй! Но нет, настрой не тот. Да и голова раскалывается по-чёрному.
Лёха-хиляк сразу узрел соседа, то бишь меня.
- Дядянь, давай к нашему столу.
Иду. Подсаживаюсь.
- Андрюх, это дядяня Алекс, наш знаменитый художник. И маг. Но сегодня, вижу, без мольберта.
Неловко изображаю улыбку на лице. Андрей протягивает мне изящную мозолистую ладонь:
- Андрей.
Крепко ухватился. Мигом дрожь по телу прошла. Вроде бы и не опохмелялся, а голова просветлела. С чего бы это?!
Встретился с зелёными зрачками, и будто прострекотало в ушах, в сердце биением отдалось. Заметил это парень, тоже чуть порозовел и, моментально отпустив мою руку, повернулся к Лёхе:
- Давай добивай пиво и домой.
- Ну что, по коньячку ударим? - вдруг выскользнуло из моих уст незапланированное; я ведь собирался лишь пивком побаловаться.
- Я не против, - тихо так, смиренно пробасил мой новый сосед.
Заказываем коньяк, по кружечке "Свежего". Разговор не клеится, и всё из-за того, что мы с ковбоем, мысленно улавливая наши скрытые желания, вмиг отводим друг от друга вдруг встретившиеся взгляды. Он это чувствует не менее меня.
Разлили. Чокнулись. Выпили за знакомство. Полегчало чуть.
- Вы на Штирлица смахиваете. Нет, не на того, что в сериале, а в зрелом возрасте. И бородка у Вас однотипная.
- Не брился с Рождества.
- Ещё по одной? Только Лёхе не наливайте. Пусть чуть отойдёт, а то волочить до дома умотаешься.
Выпили.
- Так Вы не из наших?
- Что ни на есть Ваш. Если имеете в виду проживание
Только я частенько в разъездах. Доля такая.- Ну да, - в рассеянности мурлычу себе под нос.
- Я о Вас наслышан. Народ местный Вами гордится.
- Ну да, - в том же тоне бормочу, не давая отчёт сказанному.
- Ещё по рюмашечке?
Опрокидываем.
- Андрюш, у них тут писсуар имеется?
- Обязательно. Идёмте, сопровожу. Заодно и опустошусь, так сказать, за компанию.
Ёлки-палки! Вот это некстати. Не люблю с молодыми рядом отливать, да и не получается: хуй, как солдат в боевом строю, в момент "В ружьё" призывает хозяина... А, была не была! Чему быть, того не миновать!
Заходим в туалет. Ни души. Вот чёртова канитель! И тут осечка. Андрей свободно вынимает член и пускает на хлорку мощную струю. Шипит, дымится лоток. У меня же вскакивает от обалденного соседского прибора. Сантиметров шестнадцать в лежаке! И толстенный, как боровик.
Андрей с любопытством бросает мельком на меня взор. Достаю елду стоячую. Нагло смотрю парню в его зелёные. И куда недавняя скромность подевалась?!
- Он от твоего красавчика балдеет, - смело так, зыря в зелёные, провозглашаю.
- Приятная весть.
В каком-то угаре дотягиваюсь до его члена, обхватываю его. Елда набухает в ладони.
- Давай повременим. Сюда каждую секунду могут войти.
- Давай, - но отпустить взбухший ядрёный инструмент из собственной ладони у меня нет ни мочи, ни сил.
Андрюша улыбается, вежливо отстраняет мою ладонь и застёгивает гульфик.
Я так и не поссал. Скоренько прячу своего взбунтовавшегося и иду следом за Андреем к выходу.
- Постоим чуть на свежем воздухе. Остынем. Лёху доставим адресно и ко мне заглянем. Идёт?
- Ну да, - попугаем под нос мурлычу.
Снег валит стеной. Красотища неимоверная! Андрей закуривает, и только теперь я замечаю, что он выше меня на полголовы. А у меня метр восемьдесят! Замшевая серая куртка поясом обтягивает торс. Длинноногий, оказывается, парень. Интересно, он женат? Лет уж под сорок мужику. Лицо скандинавское, мужественное. Очерченные выпуклые губы, чуть обветренные, придают моему собеседнику некий шарм. Прямо Джеймс Бонд из боевика известного. Интересно, чем он занимается, кроме развода пьяных собутыльников? Ну, бабы-то наверняка липнут к такому изумруду неподдельному...
- Андрей, ты женат? - неожиданно выскакивает из меня нелепый в данных обстоятельствах вопрос.
- Не-а - с мамой живём, но сейчас она у друзей.
- Ну да, - опять невпопад утверждаю.
Я будто дар речи потерял, не знаю, о чём говорить. А общаться неимоверно хочется - ещё и потому, что, когда он говорит, его голос сладостным мёдом растекается по всем моим жилам и клеткам, и всему тому, что теперь взволнованно трепещет внутри меня
Хотя вроде бы и он не прочь поиграться... Интересно, много у него до меня было мужиков? Если б не было, отшил бы меня ещё там, в писсуаре.- Магом Вас величают из-за того, что Вы всех местных девиц свели с ума? - бросая в урну окурок, любопытствует мой партнёр.
- Меня ещё дедом Щукарём кличут.
- А правда, что Елизавета из двадцатого дома из-за...
- Нет, не правда! - очень коротко обрываю его я и неожиданно сурово.
Молчим неловко. В мозгах одна мысль: продолжать или отчалить до дому подобру-поздорову?
- Вас что-то тревожит?
- Да.
- Можно узнать, что?
- Наши отношения. Вообще-то я дед.
- Судя по недалёкому прошлому, о Вас такое не скажешь.
- Потому что ты мне очень симпатичен, и я готов прямо вот здесь и сейчас у тебя отсосать.
- Здесь не надо. Потерпи немного. Я ж не отказываю тебе... Ну, чего насупился, Щукарь? Мы ещё повоюем! Пошли за Лёхой.
Не буду долго распространяться о том, как мы Лёху доставили до дому, как мать его выла по-волчьи и вместо благодарности обматерила нас с Андреем, алкашами-собутыльниками обозвала. Андрей на удивление спокойно воспринял эту брань и по пути до дома даже не комментировал поведение измученной пьянством сына матери...
Ощущение того, что я знаю этого парня с пелёнок, возникло у меня ещё при пожатии наших рук.
- Вот мы и доковыляли, - Андрей остановился напротив железных кованых ворот зелёного цвета, порылся в карманах. - Ключ посеял, - доложил он мне, после чего мгновенно перелез через забор и изнутри открыл калитку. - Милости просим, Штирлиц.
Боже ж ты мой! Какой же бардак был в его комнате: окурки, банки, бутылки, закусь заветренная, постель комом... и прохладненько, однако ж. Андрей мигом включил обогреватель.
- Ничего, что я вот так тебя встречаю? Честно говоря, не предполагал домой сегодня возвращаться. Планировал с утра к Катюше податься - у нас с ней назначено было.
- Я, значит, поломал планы?
- Нет. Ты возродил мои мечты.
- Ты серьёзно?
- Более чем, - и он начал прибирать мусор со стола, встряхивать пуховое одеяло.
Когда он застелил бордовым одеялом постель, сел на двуспальную кровать и раздвинул широко ноги, я не сдержался: плюхнулся перед ним на колени и судорожно расстегнул гульфик. Андрей не препятствовал мне. Я раздевал его, он аккуратно снимал с меня верхнюю одежду. В результате под одеяло мы нырнули голыми, как два нашкодивших пацана.
Жар, идущий от его молодого волосатого тела, и мои поцелуи настолько разгорячили меня, что я сбросил одеяло и страстно стал отсасывать мощный агрегат. Удивительно, но Андрей выглядел безучастным к моим ласкам. Ни стонов, ни возгласов, ни прочих эмоций я не наблюдал. Было такое впечатление, что он спящий, позволивший партнёру вытворять с его телом всё, что захочется озорнику. И я творил
Я гладил его шерстянку на мощной груди, подщипывал сочные соски, щекотал пальцами упругий живот и при этом то медленно доходил до заросшего волосами паха, ощущая огромные яйца их обладателя, то, будто молодой козлёнок, подпрыгивал в экстазе. Андрей неподвижно возлежал с закрытыми глазами. И только когда я начал неистово подпрыгивать на его члене, который яростно разрывал мою простату, то почувствовал, как содрогнулись ягодицы моего партнёра. В тот же миг последовали неожиданно дерзкие толчки снизу. Затем мой любовник резко приподнялся, зажал меня в объятиях и засосал в долгом поцелуе.Два клокочущих родника выплеснули чарующие напитки из недр обильных пород... Два мужика продолжали наслаждаться друг другом в этой соблазнительной мокроте, получая неизгладимое удовольствие от близости и объятий, в которые упаковали себя надолго - по крайней мере, на пять молчаливых истомных минут.
"Утро вечера мудренее" - так говорится в одной из пословиц.
Пробудился я от негромкого разговора, доносившегося до меня издали. "Где я? И не приснился ли мне Андрей, как это случилось два года назад?" - колотилось в мыслях бренного тела, укрытого одеялом.
- Мама, пойди пока к соседям. Думаю, ему будет неловко видеть тебя здесь, в данной ситуации...
- Понимаю, Андрюшенька. Ну что ж ты так напоил старика-то?
- Мам, он не старик, он Штирлиц, фору молодым даст - это я так, на всякий пожарный.
- Озорник ты у меня! Жениться тебе пора, Андрюша.
- Возвратишься через час, и женюсь.
- Только не на этой выдре Клавке, прости меня, Господи!
- Нет, не на ней!
Дверь скрипнула. Тихонько выныриваю из-под одеяла, осматриваюсь: чистота вокруг идеальная. На журнальном столике стоит кофейный прибор с двумя керамическими чашками и алые розы в хрустальной вазе. Моя одежда висит на стуле. Быстренько стряхиваю с себя одеяло, как новобранец, в считанные секунды одеваюсь, заправляю постель и, как паинька, сажусь на её краешек, положив ладони на колени. Жду.
Через несколько минут входит Андрей. Боже, как он красив! Неужто с ним я провёл сегодняшнюю ночь?!
Приветливая улыбка появляется на мужественном лице ковбоя:
- Выспался?
- Ну да, - вновь мне сковало мозги.
- Кофе попьём?
- Ну да.
- Это мама навела тут порядок, пока мы с тобой дрыхли под одеялом. Вначале она подумала, что я с Клавкой тут развлекался...
- Стыдно-то как!
- Отчего?! Мама обрадовалась твоему местонахождению. Ты же не Клавка, и мыслей дурных по иному поводу у мамы никогда не возникнет. И верит она моему выбору... Да, кстати, я обещал ей жениться через час.
- Слышал. Я к тому времени уже проснулся.
- Ну так вот, я действительно женюсь. Неофициально, конечно, не гласно. На ком, как думаешь, колдун?
- Понятия не имею.
- На тебе.
- Андрей! Ты... нет. Я... мне седьмой десяток, я мужик, у меня семья!
- А обязательства будут передо мной.
- В смысле?
- Я часто езжу по командировкам, и я до ужаса ревнивый... Помолчи! Ты думаешь, мы встретились вчера?
- Ну да.
- Ошибаешься. Это случилось два года назад. Всё, что произошло сегодня ночью, и вчера, приснилось мне один к одному два года назад. И даже этот наш с тобой разговор. Всё было именно так.
- Это странно, но ведь я тоже видел этот сон два года назад. Да, да, это было в феврале.
- В день моего рождения.
- Андрюш, дорогой, поздравляю! Подарок за мной!
- Ты мне его уже сделал.
- Андрей, я люблю тебя.
- И я... тебя. Ты заворожил меня, Щукарь. Ты оказался моей мечтой, приснившейся мне во сне и сбывшейся наяву.
Я поднялся, приблизился к своему любимому, потрепал его за уши, по-отцовски поцеловал нежно. Он ответил мне не сыновней взаимностью.
Андрюшина мама не возвращалась домой в течение трёх последующих дней, до самого отъезда сына в командировку.
Перед отъездом, сидя уже в джипе, на котором его хозяин доставлял пропавшего без вести деда к месту его проживания, первый наказал второму:
- Ни с кем, понял?! Я очень суров в гневе! И от меня уже ничего не будет зависеть.
- Ну да.
- Я заметил, что твоё "Ну да!" равносильно "Я тебя люблю!".
- Ну да!
Вот так мы и расстались ненадолго.
Да, теперь я жду своего милого чудного скандинавского ковбоя с горячим сердцем и чистой душой. Магия ли это? Скорее всего, да. Во всяком случае, история эта не вымышленная.