пацан Ваня сидел на диване и играл со своим отцом в шашки. Его мама была только что вернувшись с работы и переодевшись в домашний халат, а теперь мыла руки в ванной. Вскоре она прошла мимо игроков и зашла в свою комнату. Сидящий напротив неё Ваня увидел, что мама достает из кармана халата какую-то коробку, что-то из неё выбирает, отрывает, затем задирает вверх халатик, приседает на корточки, спускает вниз трусики и пихает палец себе в попу.
Он хотел спросить маму, что она там делает, однако отец заговорил первым: «Смотри на игру, а не по бокам, видишь, опять две фигурки тебе снял!». Ваня вынужден был вернуть своё внимание на поле битвы. Мама вскоре встала на ноги, заправила трусы, опустила вниз халат и, сев на диван, стала читать журнал. Через пару минут она вдруг вскочила на ноги, руками помассировала себе живот и устремилась в туалет. Там она провела не менее 10 минут, затем опять зашла в ванную, вымыла руки и направилась к мужу. «Андрей», она сказала, подойдя к нему, «будь человеком, помоги мне!
Уже третий день подряд мучаюсь без толку! Ничего не выходит!», она похлопала руками себе по животу, «вчера выпила на ночь два стакана кефира, думала – утром схожу, но куда там! Пару раз пукнула и всё! На работе два раза специально в туалет ходила, тужилась, опять ничего не вышло, кроме воздуха. По пути домой зашла в аптеку, купила свечки, дома одну поставила, вроде бы приспичило. Ну, думаю, наконец-то! Села на горшок и выпал вон такой кусок», она указала на средний палец руки, «да и тот твёрдый как камень. Пробовала палец засунуть, зацепить, вытащить вон, да что там вытащишь, всё засохши, затвердевши.
Короче, если не пойдёшь на помощь, то мне хана!». «Наденька, милая, сейчас тебе помогу, только закончу играть! Иди пока в спальню, ложись на кроватку, отдохни», ответил папа Вани, не отрываясь от игры. Мама послушно отправилась в спальню, а сын спросил отца: «Папа, мама тебя просила о чём-то?». «Да, надо помочь ей покакать, сама никак не может», тот ответил. «И как бы будешь ей помогать?». «Сделаю клизму!», ответил Андрей, ехидно улыбнулся и подмигнул сыну. «Клизму? Вот здорово, я никогда не видел, как маме делается клизма! Пойдём прямо сейчас!», воскликнул сын. «Нет, сынуля, всё начатое следует завершить до конца. Доиграем, а потом будем маме помогать!», отец возразил. Ваня не стал перечить, однако нарочно играл так плохо, что через пару минут отец его победил. «Ну, вот, Ванечка, теперь будем готовить для мамы клизмочку!», сказал папа, встал с дивана, открыл антресоль на шкафу и выбрал оттуда какой-то кулёк с резиновым мешком и шлангом внутри его. «Что это?», спросил Ваня. «Комбинированная грелка и клизма одновременно», отец пояснил.
Он взял в руки кулёк и пошёл в ванную, сын следовал за ним. Отец выбрал из кулька грелку, открутил пробку в конце её, затем залил из крана в грелку немного воды, снова закрутил пробку, немного потряс прибор, потом опять вынул пробку и вылил воду в ванну. «Я полоскал прибор изнутри», он объяснил свои действия сыну. Потом мужчина отрегулировал в кране на ощупь прохладную воду и наполнил ею грелку почти до самых краев. Затем он брызгнул пару капель шампуня в грелку и велел сыну принести из кухни столовую ложку соли, которую тоже сыпнул в воду. Теперь он взял шланг, на одном конце которого был пластмассовый наконечник, а на втором такая же пробка, туго надетая на резину шланга. Он сильно закрутил этот конец шланга с пробкой, потом опять начал трясти грелку и делал это где-то минуту, а то и дольше. «Опять поласкаешь?», Ваня спросил. «Да нет, теперь я размешиваю соль и шампунь в воде», он ответил. «А зачем так надо?». «Чтобы они лучше растворились там».
«А зачем ты их туда добавил?», недоумевал мальчик. «Чтобы маме животик лучше прочистился бы. Если она долго не какала, то чистой воды клизма могла бы ей и не помочь», отец пояснил, взял в руки грелку и пошёл к жене. Сын побежал следом за ним.
Мама лежала на спине и как-то обреченно смотрела в потолок. «Надюша, снимай трусики, поворачивайся на левый бок, сейчас тебе клизмочку сделаю», сказал Андрей, войдя в спальню, и положил клизму на свободный участок двухспальной кровати. «Хорошо, а Ваня, что, ассистировать будет?», жена не совсем довольно спросила. «Ну да, будет мне помогать, если что. К тому же, он уже большой пацан, пусть смотрит и учится, как клизму надо делать», муж ответил. Мама, ничего на то не ответив, задрала вверх халат, спустила до колен трусики и повернулась на левый бок, притянув ноги к животу. «Так, так, Надюша, ближе тяни колени к подбородку!», командовал Андрей. Он взял из спальной тумбочки крем «Нивея», намазал им свой указательный палец, а также складки ягодиц вокруг заднего прохода жены. «Потужись, Наденька!», он сказал и приставил палец к аннусу супруги.
Та стиснула мышцы попы, и муж ввёл ей в сраку палец с кремом. «Да», он констатировал, покрутивши им внутри дырочки, «там тебя не на шутку закрепило. Но ничего, сейчас впустим водичку, всё вымоем, прочистим». Он вынул палец, намазал тем же кремом наконечник клизмы, положил его в левую руку, а в правую взял наполненную водой грелку. «Потяни правой рукой себе за ягодицу!», он сказал маме Ванюши. Женщина выполнила приказ, и муж тут же ввёл наконечник клизмы ей в сраку. «Ой!», она заскулила. «Больно?», спросил супруг.
«Неприятно!», она ответила. «Что поделаешь, надо потерпеть!», сказал Андрей, открыл кран на шланге и поднял грелку вверх примерно метр над лежащей женой. «Ну, как, поступает вода?», он спросил. «Нет. Пока ничего не чувствую», Надя покачала головой. «А теперь?», Андрей левой рукой сжал грелку. «Вроде немножко…хотя нет, всё равно не идёт». Папа левой рукой вновь ухватился за наконечник клизмы и потянул его назад. Как только его головка вышла из маминой сраки, начала течь вода. Андрей тут же запихнул наконечник обратно жене в попу. «Видно я в этом виноват, забыл выпустить воду из шланга», она констатировал, «но сейчас хотя бы всё нормально, да?». «Да, сейчас вода поступает в кишечник», Надя подтвердила. «Ну и слава Богу!», облегченно вздохнул муж, «я уже подумал, что запор у тебя настоль тяжелый, что даже вода не может его размыть.
Но теперь всё будет хорошо, расслабся только и лежи спокойно, пока грелка не опустошится». «Я так и делаю», жена проворчала сквозь зубы. «Папа, а почему ты не сжимаешь грелку?», спросил Ваня, внимательно наблюдающий за всеми действиями родителей. «Её не надо сжимать, сынок, если всё нормально, вода сама из неё вытекает, нужно лишь поднять её вверх», отец объяснял. «А почему вы сжимаете грушу, когда мне клизму делаете?», сын продолжал расспрашивать. «Это совсем другой прибор, по другому принципу построен», Андрей ответил, «подрастешь, тогда поймешь, какая между ними разница». «А почему ты не делаешь клизму маме из баллончика?». «Ну, потому, что нет в продаже таких больших баллонов. Да и не нужны они, взрослым людям гораздо удобнее пользоваться резиновой кружкой или грелкой». «Мама, а тебе не больно?», Ваня вдруг решил спросить. «Нет, сыночек, только неприятно немножко, но так должно быть, когда делают клизму», мама ответила.
«Папа, а почему ты раньше маме никогда клизму не делал?», Ваня опять переключил внимание на отца. «С чего ты взял, что не делал», усмехнулся отец, «делал, и как ещё! Просто ты этого не видел, потому что тебя тогда ещё не было не свете, или ты был ещё слишком маленьким и не помнишь этого». «Вообще последние пару лет папа мне клизму действительно не делал, ибо не было такой необходимости», мама вмешалась в разговор, «ну, а вообще-то мы только через клизму и познакомились с ним. Как-нибудь потом я тебе расскажу, как это всё было!».
«Да, да, расскажи, пацану будет интересно узнать», засмеялся Андрей и поднял грелку немножко выше, ибо часть воды уже успела вытечь из неё, и прибор стал заметно легче. «Ой, Андрюша, не впускай воду так быстро, меня распирает», заскулила Надя. «Как хочешь, я просто хотел быстрее тебе клизму сделать», папа стал оправдываться и опустил кружку снова вниз. «Не надо быстрее, нам времени хватает», ответила мама и стала глубоко дышать ртом. «Ну что, становится хреново?», спросил Андрей. «Да, похоже, вода дошла до твердых залежней, пока их не размоет, придется потерпеть», проворчала в ответ Надя. «Вообще-то могла мне раньше сказать про свои проблемы, я бы тебе уже вчера клизму сделал бы», высказал мнение муж. «Эх, знаешь, ну не хочется же сразу на клизму напрашиваться…неприятно ведь…и стыдно тоже», жена при этом действительно покраснела, «думала, может, всё-таки сама справлюсь…ведь до сих пор справлялась уже пару лет»
Кстати, ты может что-то плохое съёла?», папа стал допрашивать маму. «Да, ела на работе рисовую кашу, мне она нравится, но нельзя, наверное, мне её есть, поскольку от неё крепит…о Господи, как живот скрутило», завопила несчастная женщина. Андрей опустил грелку вниз и спросил: «Может, давай, прекратим пока клизму, пойдёшь на ведро, покакаешь, потом ещё будем делать?». «Да нет, Андрюша, надо вытерпеть до конца, тогда эффект лучше будет. Подымай грелку вверх, только медленно и осторожно». Муж постепенно вновь поднял грелку вверх. Жена начала особо усиленно дышать ртом. Вдруг в животе у неё заурчало, через задний проход вышли газы, и боль постепенно утихла. «По-моему, воде удалось размыть завал…теперь мне будет легче терпеть», сказала мама. Ваня стоял рядом и дрожал от волнения, он очень переживал за свою маму - так, что даже боялся что-то сказать или о чём-то спросить кого-либо из родителей. «Ну и прекрасно, Наденька, кстати, воды в грелке осталось уже меньше половины», резюмировал папа.Вдруг он заметил, что рядом с кроватью нет ведра. «Ваня, сбегай в ванную, принеси пластмассовое ведро, где маме высраться после клизмы», он приказал сыну. Ваня отправился выполнять задание, а его мама стала упрекать мужа: «Зачем ты Ваню впутываешь в это дело, он ещё малый, незачем ему смотреть и знать всё это!». «Пусть учится, в жизни пригодится!», отрезал отец, «к тому же, если мы ему ставим клизмы, почему он не может тебе тоже это сделать?». «Потому что я стесняюсь, ну как я буду какать в его присутствии после клизмы», сокрушалась мама. «Точно так же, как и он это делает в твоём присутствии!». «Ну да, он же ребёнок, а я – взрослая женщина». «Что с того, главное, что мы – одна семья, и не должны стыдиться друг друга!», успокаивал её Андрей. Тут в комнату вернулся Ваня, таща за собой большое ведро. Хотя и оно было пластмассовое, но для 5-летнего ребёнка довольно таки тяжеловатое, потому мальчик был запыхавшись после его принесения.
«Поставь на пол рядом с кроватью», распорядился отец, затем сказал жене: «Ну, Надюша, по-моему, клизма где-то через минуту закончится, грелка уже почти пустая!». «Слава Богу, а то я уже еле могу терпеть! Ты, наверное, залил до конца грелку, да?». «Да, лил, пока не была полной! Но и раньше я ведь той же грелкой пользовался и так же заполнял её до конца, разве не так?». «Да, кажется, у меня впервые такой тяжелый запор, как сегодня, раньше такого ещё не было». «А тогда, когда мы с тобой познакомились, помнишь?» «Ну, тогда тоже чувствовала себя хреново, но больше, наверное, от стыда и страха, чем от болей в животе», вспомнила Надя. «Ничего, сейчас всё закончится», успокаивал её Андрей, «по-моему, грелка уже практически пустая».
«Нет, вода ещё поступает в живот, я это чувствую», жена возразила. «Ну, ты скажешь, когда не пойдёт уже, хорошо?». «Да, скажу, а как же иначе!». Ваня смотрел, как папа только двумя пальцами правой руки держит уже совсем плоскую грелку, которая ещё несколько минут назад казалось такой большой и круглой. Из грелки идущий шланг слегка покачивался в такт поступающей воды, пластмассовый наконечник был слегка выползши из маминой сраки, рядом с ним в заднем проходе время от времени появлялись небольшие пузырьки, выходящие из кишечника клизмуемой женщины. Мальчик впервые так близко видел голую попу своей матери, его также удивил большой пучок волос, занимающий всё промежность мамы и кончающийся только у самого аннуса.
«Как она может писать, разве волосы ей не мешают?», он думал, но не решался спрашивать об этом, ибо интуитивно чувствовал, что момент для этого неподходящий. Вдруг мама сама заговорила: «Андрюша, по-моему, грелка уже пустая, вытаскивай вон наконечник!». «Сейчас!», ответил муж, закрыл кран на шланге и медленными, плавными движениями вывалок наконечник из анального отверстия жены. Вслед за наконечником вытекла небольшая струйка воды. «Наденька, постарайся хоть пару минут удержать воду, я тебе помогу в этом!». Он отдал сыну в руки пустую грелку и сказал: «Бери, Ваня, грелку, отнеси её в ванную комнату и брось в ванну! Только не хватайся руками за наконечник, видишь, он грязный, весь в маминой каке вымазан!». Мальчик одной рукой взял клизму за грелку, во вторую руку положил шланг и пошёл в ванную. Папа тем временем быстро нагнулся над лежащей мамой и обоими руками сильно сжал вместе ягодицы супруги. «Ой, Андрюша, если бы ты знал, как мне сейчас срать хочется!», захныкала Надя. «Надо же!», усмехнулся Андрей, «а ведь только что ещё совсем не хотелось!».
«Да, не знаю, сколько я ещё мучалась бы, если не набралась бы смелости попросить тебя о помощи!», согласилась жена. «Ну, ты прямо как маленький ребёнок, всё хочешь утаить, притом сама себе на зло!», засмеялся муж. «Интересно, другим женам тоже мужья делают клизмы?», задумалась Надежда. Она вспомнила, что на работе иногда подруги также жаловались на запоры, но и словом не обновлялись при этом о том, кто и как их от них избавляет. Ей тоже было стыдно рассказывать, что именно благодаря запору она со своим мужем познакомилась.
Через неполную минуту вернулся в спальню Ваня и спросил папу: «Ну, почему мама ещё не какает?». «А тебя разве сразу на горшок пускаем после клизмы?», спросил его Андрей. «Да нет», проворчал в ответ мальчик. Он вспомнил, как папе несколько раз после сделанной клизмы пришлось силой удерживать сына, ибо тот ревел как резанный и просился немедленно его посадить на горшок. «Вот именно, потому и маме нужно потерпеть, подождать, пока вода кишечки размоет! А чтобы ей было легче это делать, я её удерживаю за попу», пояснил отец. «И долго будешь так держать?», продолжал расспрашивать Ваня. «Ну, еще минуты 2-3 точно. Иначе клизма не подействует и её придется повторять», папа ответил. Сын переключил своё внимание на маму:
«Мамочка, тебе, наверное, трудно терпеть, да?». «Ничего, сыночек, не волнуйся за меня, не первый раз мне делается клизма, вытерплю как всегда», стала его успокаивать мать. «Мама, а я смогу посмотреть, как ты будешь какать?», Ваня всё не мог успокоиться с вопросами. «Смотри, сынуля, раз так хочешь, но вонять будет сильно, может и не стоит тебе этот запах нюхать, лучше уйти в другую комнату», смущенно ответила Надя. «Нет, это ерунда. Я не разу не видел, как ты какаешь, ты же всегда запираешься в туалете. Хочу однажды посмотреть», настаивал сын. «О Боже, да что там смотреть такого», мама слегка рассмеялась, но спазма тут же скрутила живот, и она была вынуждена замолкнуть. «Пусть смотрит, он в таком возрасте, когда всё интересно, что раньше не видано и не слыхано», вмешался отец Андрей. В глубине души ему тоже хотелось посмотреть на опорожнение жены.
Он вспомнил где-то слыханную поговорку, что, если мужчина любит смотреть, как его женщина какает, то он её любит, а, если ему это противно, то значит, что любовь уже прошла. «Видно, я свою Надюшу, слава Богу, ещё не разлюбил!», подумал он. Тут жена спросила: «Андрюша, долго мне ещё терпеть осталось?». «Нет, Наденька, еще минутку какую», ответил муж. «Папа, а мама после клизмы обязательно покакает?», Ваня снова задал вопрос. «Я думаю, что да! Тебе самому разве было так, что не смог покакать после клизмы?», отец ответил вопросом на вопрос. «Нет, не было!» «Ну, значит и маме тоже так не будет!», Андрей резюмировал. «Папа, а ты сам всегда можешь покакать?», вдруг спросил сын. «Да, я на это не жалуюсь. В детстве у меня бывали запоры, моя мама мне тоже когда-то клизмы делала…но, начиная со школьного возраста, всё стало на свои места, и я теперь в клизме не нуждаюсь», Андрей ответил. «Счастливчик!», пробормотала Надя. «Ты тоже сейчас станешь счастливой!
Выпрямляй потихоньку ножки и садись на ведро!», сказал супруг. «Фу, наконец-то, думала уже, что не дождусь!», облегченно вздохнула Ванина мама. Она медленно выпрямила обе ноги, муж отпустил её ягодицы, женщина быстро поднялась с постели и села на рядом с кроватью стоящее ведро. Ваня, в свою очередь, уселся на кровать напротив мамы и стал внимательно смотреть, а папа встал рядом с ней и сказал: «Выпускай, водичку, Надя, не бойся!». «Дай руку, мне смелее будет!», сказала жена и уцепилась ладонью за кисть мужа. Затем она освободила мышцы аннуса. «Буль-буль-буль!», из заднего прохода женщины начала течь вода, затем пошла вниз большая, твёрдая какашка, которая вдруг, вылезши почти на половину вон, застряла в попе и не хотела дальше продвигаться. «Ой, что такое?», заволновалась Надя. «Жми, Надюша, жми как при родах! Сейчас выпадет вон!», успокаивал её муж. Жена стиснула мышцы, что было сил, и каловый камень наконец выпал вон, звонко ударившись о дно ведра. Потом снова вылилась вода, со свистом вышли газы
«Прр-ррк! Хлоп-хлоп-хлоп!», выделялись звуки из заднего прохода мамы.Ваня смотрел на всё это приоткрытым ртом и, казалось, даже не чувствовал жуткого запаха кала, появившегося в комнате. «Я слегка открою окно, на улице не так уж холодно», сказал папа, мама в ответ лишь кивнула головой. Она во всю была занята опорожнением своего кишечника и ни на что другое не желала обращать внимание. Папа приоткрыл окно, глоток свежего воздуха немного уменьшил противный запах в животе застоявшихся испражнений. «Э-э-э-х», тужилась Надя, какашки медленно ползли по прямой кишке к выходу и друг за другом падали в ведро. «Ну, Наденька, как – нормально какается?», спросил её Андрей. «Да так…более менее», проворчала в ответ жена. «Не спеши сразу всё выдавить, пусть выходит понемножку, шаг за шагом…», учил её муж. «Да я так и делаю…потихоньку выжимаю», та согласилась.
«Ваня, ты как хочешь, я иду на кухню покурить, если тебе нравится, сиди тут и нюхай дальше!», сказал отец и вышел вон из комнаты. Сын остался сидеть на кровати рядом с матерью, которая продолжала тужиться на ведре. «Уже столько выкакала, а всё ещё хочется и хочется», приговаривала мать, «не знаю, когда наконец этот поток закончится…э-э-э-х», мама опять стиснула зубы. Из попы женщины опять вытекла вода, затем она в очередной раз пукнула, и после этого снова выпало несколько какашек в ведро. «Вот так, сынуля, видишь, взрослым иногда тоже трудно какается даже после сделанной клизмы», констатировала мама и вытерла рукавом пот с лица. «Мама, может тебе надо ещё одну клизму сделать?», Ваня вдруг спросил. «Да, нет, сыночек, не надо, прокакаюсь и после этой…мне там уже мало что осталось в животе», мать ответила, глубоко втянула себе в легкие воздух и опять начала тужиться. Опять последовал звук льющейся воды и характерный скрежет, с которым кал выходит из анального отверстия человека. Тут в комнату вернулся Андрей, выкуривший сигарету.
«Ну, Надюша, вижу и слышу, что клизма тебе здорово помогла», она довольно констатировал. «Ага!», супруга согласилась, затем добавила: «что-то желание срать никак не проходит, всё хочется и хочется». «Ну, значит, в животике ещё что-то есть…дай я его пощупаю!», он нагнулся над сидящей на ведре женой и начал рукой мять разные участки её живота. «Так, тут вроде мягко…тут тоже…а тут почему-то твёрдовато», он приговаривал, «поднажмём немного…». «Пррк, буль-буль, хлоп-хлоп!», последовал знакомый черёд звуков и Надиной попы. Андрей прошелся таким образом по всей поверхности живота супруги, помогая ей скорее вытолкнуть вон его содержание.
Наконец больше ничего не лилось, не пукало и не хлопало. «Ну, как себя чувствуешь, очистился живот?», спросил напоследок Андрей жену. «По-моему, да», та ответила. «немножко всё ещё приспичивает, но так всегда бывает после клизмы, по крайней мере, у меня. Когда ты мне в первый раз сделал клизму, я вообще потом полдня бегала в туалет и тужилась, хотя нечему уже было ходить вон, но позывы на низ всё сохранялись». «Ну, тогда вставай потихоньку с ведра!», распорядился отец. Мама медленно начала вставать, ведро сначала не хотело отлипать от её ягодиц, лишь затем резко отделилось и зашатнулось, едва не опрокинувшись. «Осторожно, осторожно», заволновался отец, «не дай Бог, придется всё это собирать по полу». Он взял ведро за ручку и понёс выливать в унитаз, а мама отправилась в ванную комнату мыть себе попу после сделанной клизмы. Ваня на минуту растерялся, не зная, за кем из родителей следовать, затем всё-таки пошёл вслед папе. Он увидел, как отец приставляет к туалетному горшку край ведра, после чего его резко опрокидывает.
Содержание ведра шумно влилось в систему канализации, вонь, слегка притихшая после открытия окна в спальне, вновь резко усилилось до такой степени, что Ваню даже стошнило. Он вынужден был выйти из туалета, и повернулся в сторону ванной. Мама там сидела на корточках, залезши в ванну, и руками обмывала свой срам, промежность и задний проход. «Ну, что, Ванечка, пришёл сюда тоже посмотреть?», она спросила сына. «Да, интересно видеть, что ты тут делаешь!», тот простодушно ответил. «Подмываюсь, как видишь!», мама сдержанно ответила. Закончивши мыть интимные места рукой, она взяла большой кусок туалетной бумаги, вытерлась им, затем ещё прошлась по попе куском старого, рваного полотенца. Закончивши всё это, она выпрямилась, надела сползшие почти до пяток трусики, выбралась из ванны и стала мыть руки. Ваня вышел из ванной комнаты и вернулся в гостевую.
Они с отцом ещё поиграли в шашки, потом посмотрели мультики по телевизору. Затем мама приготовила ужин, семья поела, отец сходил в туалет «по большому», а, вернувшись оттуда, зашел на кухню и спросил моющую посуду маму: «Как наш Ванечка, какал сегодня?». «По-моему, нет», она ответила. «По-моему, тоже нет», согласился папа, «а вчера что было?». «Вчера он какал утром, перед моим уходом на работу», мама сказала. «Такс», процедил сквозь зубы Андрей, «стало быть, завтра утром двое суток будет, не так ли?». «Так!», жена согласилась. «Многовато», отец покачал головой, «я бы не рекомендовал так долго ждать, а раскакать его сегодня вечером, как ты думаешь?». «Я также думаю», согласилась мама, «ведь по своему опыту знаю - чем дольше не какаешь, тем труднее потом начать это делать». «Тогда я пойду, посажу его на горшок», сказал отец.
Он зашел в комнату, где Ваня сидел за столом и рисовал каракули в тетрадь. «Сынуля, пора на горшок садиться! Какать пора!», он сказал Ване. «Папа, я не хочу какать!» возразил сын. «Как так - совсем не хочешь?», отец ехидно спросил. «Да, совсем не хочу!», мальчик настоял на своём. «Очень плохо, что не хочешь. Придется тогда тебе клизму делать!», ответил отец. «Нет, нет, папа, клизму не надо…где горшок…я сейчас…я сам покакаю», воскликнул ребёнок, встал на ноги, подбежал к диванчику, на котором спал, и вытащил из под него горшочек. Затем он спешно спустил штаны, трусики и сел на «трон». «Ну, ладно, сиди тогда и какай!», распорядился отец, «и смотри, чтобы горшок полный был бы!». «Постараюсь», сын ответил и начал тужиться. От напряжения он закусил губы, его щёки стали красными, но после пятиминутного старания ничего кроме воздуха ему выжать так и не удалось.
Тут в комнату вошла его мама и спросила: «Ну, Ванечка, удалось покакать, нет?». «Пока нет!», вынужден был признаться сын. «Ничего, я тебе сейчас помогу в этом», мать ему ответила. Она выбрала из кармана в халате ту же коробку со свечами и оторвала одну из них. «Встань с горшочка, Ванечка, и ложись на спинку!», она похлопала рукой по диванчику. «Мама, не надо! Я сам…», стал возражать сын, то мама тут же схватила сына за пазухи, силой оторвала от горшка, подняла его вверх и положила на диван спиной вниз. «Ножки вверх подними, Ванечка, и притяни их животику!», она распорядилась, и на сей раз сын послушался. «Ну, вот, умница!», похвалила его мама, «сейчас посмотрю, почему твоя дырочка каку не выпускает». Она почти освободила из упаковки свечку, оставив в ней лишь сам конец суппозитория, который взяла двумя пальцами правой руки и приставила к анальному отверстию сына.
Затем она резким движением указательного пальца ввела свечку мальчику в аннус до упора и сказала: «Да, засохши твоя дырочка, Ванечка, также, как и моя сегодня была. Ну, ничего, я надеюсь, что свечка сейчас растает, стул размягчит, и ты через несколько минут покакаешь». Она выволокла палец, велела сыну опустить вниз ноги и выпрямить их. Сама тем временем стала ладонью левой руки массировать его животик, приговаривая: «Выходи вон, какачка, не стой так долго в кишечках моего Ванечки! Пусть он сам покакает, чтобы не пришлось бы ему клизму делать!». Ваня чувствовал явный дискомфорт, который создавал посторонний предмет, введенный ему в прямую кишку. Свечка понемножку таяла и щекотала его задний проход. «Мама, мне не приятно, выбери свечку!», он хныкал.
«Потерпи, сынуля, скоро свечка растает и всё будет нормально», мама его успокаивала, «ты же понимаешь, что надо размягчить твой проходик, чтобы кака вышла бы вон!». «Она и так выйдет!», стал возражать мальчик, но мать его прервала: «Не выйдет, сыночек, я по себе знаю, если в проходе всё засохло, то кака сама не выходит. Надо применять свечку, а, если она не помогает, то клизму». «Мама, а как это было, когда папа тебе впервые делал клизму, расскажешь мне?», сын вдруг спросил. «Расскажу, если будешь послушным мальчиком и спокойно полежишь 5 минут», ответила мать. «Буду, буду!», сын спешно согласился. «Ну, тогда слушай», начала рассказывать мама, попутно продолжая массировать ему животик, «это было, когда я училась в институте на первом курсе
У нас, девочек, была одна общая бутылка касторки на всех, которой пользовалась та, которой на данный момент это было необходимо. В тот день, это было в пятницу вечером, почти все студенты были разъехавшись по домам, я почти одна была оставшись в общежитие. Уже три дня подряд я не была какавши, живот у меня был вздутым и немножко побаливал. Девочки мне были оставивши бутылку касторки, мол, мы уезжаем, а тебе надо, так пользуйся, я её выпила всю, но покакать до вечера всё равно так и смогла, хотя живот от касторки бурлил, вздувался, но вон ничего не выходило, хотя я и бегала в туалет через каждые полчаса. Однажды, просидев на горшке где-то четверть часа и ничего так и не выдавив, я с красным, запотевшим лицом вышла в коридор и встретила там твоего папу, Андрея, он тоже учился в институте, был на один курс выше меня.Он сразу заметил, что со мной что-то не так, стал спрашивать, что к чему, и я сначала как-то отговаривалась, но в конце концов заплакала и рассказала ему, какие у меня проблемы на самом деле. Он сказал, что мне нужно сделать клизму, и всё будет в порядке. Я ответила, что медпункт закрыт и не будет работать до понедельника, тогда он засмеялся и сказал, что медпункт не нужен, он сам меня проклизмует. Я сначала, конечно, ужаснулась и отказалось от его предложения, но он строго настоял на своём, говорил, если я не соглашусь на клизму от его рук, то он скорую помощь будет вызывать, ибо с запором шутки плохо, от этого человек и умереть может, если длится дольше 3-4 суток. В итоге мне пришлось согласиться. Он завел меня в свою комнату, запер ключом с наружи, а сам отправился в аптеку за клизмой. Вернувшись через минут 15, он велел мне снимать юбку и трусы и ложится на кровать; сам тем временем наполнил клизму водой из бутылки, стоящей на подоконнике, наконечник намазал каким-то кремом.
Я послушно разделась и легла на кровать, затем по его приказу повернулась на левый бок и прижала ноги к животу. Он начал мне вставлять в попу наконечник, это было больно, поскольку у меня была трещина в заднем проходе, образовавшись от постоянных тужений при запоре. Наконец-то предмет удалось ввести, затем Анлрей открыл кран на шланге и поднял клизму вверх. Я почувствовала, что вода начинает поступать мне в кишечник. Вода была довольно-таки холодной, что доставляло мне неприятные ощущения, но Андрей говорил, что так надо, именно такая вода лучше всего каку размывает. Я не стала с ним спорить и послушно терпела где-то минуты три, пока клизма не опустошилась. Затем он извлёк наконечник, мне страшно какать захотелось, но твой папа стиснул мои ягодицы и держал их сжатыми ещё пять минут, несмотря на то, что я отчаянно просила меня отпустить, ибо боялась, что кишки в животе у меня лопнут, ведь там много каки было накопившись, а тут он ещё такое большое количество воды залил в них. Лишь после этого промежутка времени он меня отпустил, помог встать на ноги, затем выбрал из шкафа ведро и велел садиться на него. В другой раз я бы непременно отказалась бы, ведь стыдно же срать перед чужим мужчиной, каким он для меня тогда являлся, но тогда уже у меня не было сил больше терпеть. Я упала на ведро и извергла в него содержание своего кишечника. Вместе с водой вышло много какашек и газов, и наконец-то я получила долгожданно облегчение.
Я просидела на ведре минут десять, затем Андрей дал мне старую газету, я вытерла ей себе попу, надела трусики и юбку, отнесла ведро в туалет (слава Богу, но пути никого не встретила) и вылила его содержание в унитаз, затем снова спустила одежду и села на горшок, поскольку какать всё ещё хотелось. Просидела опять где-то четверть часа, опять довольно много какашек выжала, вроде бы живот прочистился. Вытерла себе попу, заправила одежду и пошла в свою комнату. Однако позывы на низ у меня время от времени всё появлялись, я вынуждена была по несколько раз бегать в туалет, хотя ничего выжать уже не могла, ибо кишечник был пустым. Ну, вот, так мы с твоим папой и познакомились, а потом он пришел ко мне, начал говорить, что я теперь ему должница, должна оплатить оказанную помощь своей любовью. Короче говоря, вскоре после этого мы стали с ним жить вместе как муж и жена. Теперь ты знаешь, сынуля, как всё было… Ну, а сейчас сам вставай и иди, садись на горшок!».
Ваня неохотно встал с кроватки и сел на рядом стоящий горшочек. Во время рассказа мамы он почти уснул, свечка была растаявши, животик хорошо размассирован, однако какать почему-то всё равно ничуть не хотелось. «Пррк!», мальчик выпустил из себя небольшой остаток свечки, она упала в горшочек. Пацан продолжил тужится, надеясь, что вслед также пойдёт и кака. Однако как Ваня не старался, ничего кроме воздуха из своего животика он опять так и не смог выжать, хотя усиленно тужился на горшке целых 10 минут. «Ну что же, Ваня», резюмировала его мама, «видно тебя закрепило ещё больше, чем меня. Ничего не остается, как идти на кухню наполнять клизму». «Не надо клизму!», заскулил сын, но мама не стала его больше слушать и отправилась на кухню.
Ваня через некоторое мгновение вскочил с горшка и со спущенными штанами побежал ей вслед. Мама выбрала из кухонного шкафчика клизменный баллончик и стала мыть его под краном. Сын подбежал к ней и стал упрашивать: «Мам, ну не делай мне клизму, я ведь ещё вчера утром какал». «Да, сынуля, в том то и дело, что вчера, а не сегодня. А кака у тебя в животе так засохла, что даже свечка совсем не помогает. Ничего не поделаешь, придется клизмочку сделать», она ответила и набрала в баллончик немножко крановой воды, после чего сжала грушу и выпустила воду вон. «Мне больно от клизмы», стал утверждать Ваня. «Если сопротивляешься, то конечно. Ты попробуй хоть однажды лежать спокойно, чтобы ни я, ни папа тебя не держали бы, тогда увидишь, что клизма вовсе не такая уж страшная», объясняла мама. Она взяла из холодильника бутылку касторки, налила из неё в кружку с водой где-то сто грамм масла и стала размешивать жидкость в кружке ложкою.
«Мама, ты что там делаешь?», спросил её сын. «Добавляю касторку в воду, а то боюсь, что от чистой воды клизмы ты не покакаешь, раз у тебя такой крепкий запор», сказала мать, затем взяла в руки баллон, сжала его и погрузила носик клизмы в кружку. Груша стала понемногу наполняться водой. «Иди, сынуля, в гостевую комнату, ложись на диванчик, сейчас я приду к тебе с клизмочкой», мама Надя стала уговаривать Ваню. «Ой, мам, я не хочу! Может всё-таки не надо, а?», заскулил сын. «Надо, Ваня, обязательно надо!», засмеялась мама, выбрала из кружки наполнившейся баллон, слегла нажала на него, выпустив из носика воздух, затем положила клизму в карман своего халата, взяла сына за руку и потащила в комнату к дивану. Ваня продолжал хныкать и уговаривать мать не делать ему клизму, она на это ничего не отвечала и лишь двигала сына вперед себе. Из соседней комнаты вышел папа и мигом оценил ситуацию. «Ну, Ваня, ты что, разве не понимаешь, что надо клизму делать, если сам не можешь покакать? Вот мамочке твоей сделали, сам видел, как хорошо она покакала.
И ты сейчас тоже покакаешь!», он уговаривал пацана. Тот в ответ громко заплакал. «Ух ты, какой сопливый, прямо как девчонка, парни так себя не ведут!», стал стыдить его отец. Он схватил Ваню за пазухи, поднял вверх и положил на диванчик на левый бок, затем согнул ножки сына в коленях и прижал их к животу. «Надя, начинай!», он махнул рукой жене, та правой рукой выбрала из кармана клизму, а левой раздвинула и так приоткрытые ягодицы сына. «Сейчас всё будет сделано, сыночек, ты только, ради Бога, не зажимай попочку, ладно?», она сказала Ване и вставила ему в задний проход наконечник клизмы. Мальчик громко заревел. «Тихо, тихо, Ванечка, счас всё закончится», успокаивала его мама, а папа крепко держал сына за ноги и туловище.
Мать ввела наконечник до упора и сжала клизму. Вода под давлением влилась в кишечник ребёнка. Уже через несколько секунд груша опустошилась, и мама извлекла наконечник клизмы из сраки сына. «Ну, вот и всё, Ванечка, тебе разве больно было?», спросила мать. Сын рыдал и ничего не отвечал. «Я пойду мыть клизму, а ты удерживай его, как и положено, 5 минут», сказала мужу Надя и ушла. «Пап, отпусти меня на горшок!», стал умолять отца Ваня, но тот лишь помахал головой и сказал: «Нельзя, сынок, надо удержать водичку в животике, иначе кишечки не размоются, и придется клизму повторять! Ты же не хочешь этого?». «Нет, не хочу!», сын замотал головой. «Тогда терпи, ты же мужчина! Вот, твоей мамочке я сколько воды влил, раз в десять наверное больше чем тебе, а она вытерпела до конца, и ты тоже должен!», читал нотацию отец. Тут раздался звонок в дверях.
«Надя, иди, посмотри, что там такое!», Андрей сказал жене
На лестничной площадке стояла соседка из квартиры напротив. «Надя, не могли бы вы мне помочь в одном деликатном деле?», она спросила. «В каком именно?», поинтересовалась хозяйка квартиры. «Надо сделать клизму моей доченьке Верочке, уже третий день подряд не какает. Однако она по-хорошему не дается, сопротивляется, а я одна не могу её одновременно держать и клизмовать. Как на зло, муж тоже на неделю уехал в командировку. Может, вы мне поможете?». «Да, я охотно помогу», согласилась мама Вани, «кстати, мы ведь нашему Ванечке тоже только что клизму делали.А сколько лет у вашей девочки?», «6 с половиной», ответила соседка. «Ну, уже большая девочка, скоро в школу пойдёт». «Да, большая, а вот клизмы всё ещё боится», сокрушалась женщина. «Ничего, вдвоём мы с ней быстро справимся. Ты, Света, уже наполнила клизму?», Надя спросила. «Да, всё готово, баллон лежит у меня в кармане», соседка похлопала себе по халату, «только дочка ничего пока не знает, что ей уготовлено, иначе она залезла бы под кроватью или ещё где-нибудь спряталась бы. Она так просто в руки не дается». «Ну, как-нибудь мы обе заставим её подчиниться!», успокаивала её Надя. Женщины вошли в комнату, где на стульчике сидела девочка Вера и смотрела какую-то передачу по телевизору. Света взяла пульт, стоящий на столе, выключила телик и сказала дочке: «Снимай трусики, Верочка, будем тебе клизмочку делать!», «НЕТ !!! Не дам ни в коем случае!», закричала девчонка, вскочила на ноги и собралась уже куда-то бежать или прятаться, но её мама быстро ухватила дочь за руку, мать Вани тем временем быстро подняла вверх платье девочки и спустила её синие трусики ниже колен.
«Тетя, что вы делаете? Прекратите немедленно!», кричала Вера, но женщины не думали её слушаться. Они схватили ребенка одна за ноги, вторая за пазухи и потащили на кровать. Совместными усилиями им удалось уложить девочку на левый бок, Света силой согнула дочкины ноги в коленях и прижала их к животу, Надя схватила девочку за плечи и глубоко втиснула её голову и левую локоть в подушку. «Успокойся, Вера, не сопротивляйся!», мать стала уговаривать дочку, «мы всё равно тебя проклизмуем, хочешь ты этого или нет». Она взяла из тумбочки тюбик крема, надавила себе крем на указательный палец правой руки и стала понемногу вводить его в анальное отверстие дочери.
«Не зажимайся, Верочка, а то больно будет», она приговаривала, пихая палец всё глубже в сраку девочки. Засунувши наконец его до упора, она покрутила им вокруг своей оси и досадно констатировала: «Фу, тут не попа, а настоящая Сахарская пустыня, камни одни лишь засохшие лежат». Она извлекла пальцем небольшой кусок твёрдого кала и бросила его в горшок, ногой вытолкнутый из под кровати девочки. Бедный ребёнок всё время продолжал плакать и орать диким голосом. «Тихо, тихо, не ори, сейчас клизму сделаем и покакаешь, всё будет в порядке!», Света пыталась успокоить ребёнка. Надя тем временем крепко удерживала девчонку за колени и туловище. Мама Веры выбрала из кармана клизменный баллон, левой рукой приоткрыла и так уже растопыренные ягодицы дочери, а в правую взяла грушу и стала медленно вводить её наконечник в сраку ребёнку.
Крики Веры в этот момент, кажется достигли эпогея. Не обращая на них внимания, мама сжала баллончик и ввела его содержание в кишечник девочки. Последняя слегка притихла, видно, поняла, что дальнейшее сопротивление становится бесполезным. Мама Веры, не отпуская баллончик, извлекла наконечник и сказала соседке Наде: «Держи её пока, я пойду, наполню ещё одну клизму, вижу, что у неё такой сильный запор, что одной клизмы будет недостаточно». «Хорошо, подержу», ответила её Ванина мама.
Происходящее за стеной отлично было слышно в соседней квартире, где мальчик Ваня всё ещё лежал на диванчике и удерживал впущенную клизмой воду. «Что там такое?», он спросил отца. «Соседней девочке Вере тоже клизму делают», тот пояснил. «И почему она так кричит?». «Видно, не хочет, чтобы делали бы», отец пожал плечами. «Я тоже не хотел, но я не кричал». «Правильно, так и надо, ты ведь мужчина!», похвалил его отец, «эти крики и сопротивления ничего не дадут, её так или этак всё равно проклизмуют». «Папа, а можно мне садиться на горшок?», вдруг спросил сын. «Такс, посмотрим», папа взглянул на часы, «да, можно, садись смело, уже более чем 5 минут прошло».
Он перестал держать сына, помог ему встать на ноги и посадил на горшочек рядом с диваном. Мальчик с громким хлопком изверг в него содержание своего кишечника. Вместе с водой вышли газы и твёрдые какашки, загромоздившие задний проход и не дающийся естественным путем вытолкнуть их наружу. Комнату наполнила характерная вонь. «Ну что, Ванечка наконец-то прокакался?», обрадовался отец. «Ага!», процедил сквозь зубы сын и продолжил выжимать из себя каку. С каждой порцией выходящих испражнений живот у мальчика становился всё меньше в размерах, и чувство распирания исчезала.
В соседней квартире тем временем мама Веры снова была наполнивши водой клизменную грушу и опять стала вводить её наконечник в анальное отверстие дочери. Девочка, которая была уже немного успокоившись, заревела с новой силой: «Мам, ну зачем мне ещё одну клизму делать? У меня и после первой живот вздулся как мешок, сейчас кишки лопнут». «Успокойся, детка, ничего тебе не лопнет, животик у тебя вздутый не от клизмы, а от запора. И если ещё одну клизму не сделаем, то ты скорее всего не покакаешь», объясняла Света. Она до упора засунула наконечник в аннус девочке и сжала баллон, вводя его содержание в животик Верочки. Несчастная девочка почувствовала острое распирание и позывы на низ. «Мама, я сейчас обделаюсь!», она крикнула.
«Не обделаешься, не бойся!», ответила ей мать, извлекая наконечник из попы, «я подержу твои ягодицы, пока клизмочка подействует». Света снова положила в карман халата уже второй раз опустошенный клизменный баллончик и сжала вместе полушария попы дочки. «Мамочка, я очень какать хочу, отпусти быстрее меня на горшок», Вера слёзно умоляла, но мать не соглашалась: «Нет, доченька, пять минут будешь терпеть как миленькая, у тебя ужасный запор, и надо удержать водичку подольше, чтобы он успел бы растворится». Девочка затихла и больше ни о чем не просила, лишь всхлипывала в подушку.
Ваня в своей комнатке уже был практически высравшись, кака у него из живота больше не выходила, лишь время от времени мальчик попукивал и выпускал из себя остатки клизменной воды. Папа подошел к сыну и начал слегка поглаживать его животик. «Ну, Ванечка, не оставлял в себе каку, всё выжимай до конца!», он подбодрял мальчика, тот охотно слушался и тужился изо всех сил, хотя кишечник у него был почти полностью опустошившись, и видимых результатов его старания больше не давали.
Мама Веры по истечению пяти минут наконец-то решила дать дочери встать с кровати и сесть на горшочек. Они с мамой Вани вдвоем помогли девочке выпрямить ноги, затем Надя быстро схватила девчонку за пазухи и подняла её вверх, а Света подставила под попочку горшок. Затем Верочке было велено опускаться вниз, одновременно садясь на судно. Как только края ягодиц девочки коснулись горшка, из её анального отверстия полилась мощная струя воды, которая даже частично разбрызгивалась мимо горшка. Заметив это, Света пальцем слегка прижала аннус ребёнка, заставляя воду менять направление течения. «Маловатый горшок для неё, надо бы купить по больше», она рассказывала соседке Наде, «думала, зачем ей, пусть ходит на унитаз, большая уже, однако при клизме ведь надо опорожняться на судно тут же, рядом с кроватью».
«Да, моему Ванечке тоже горшок скоро станет маленьким», та согласилась. Верочка тем временем закончила выливать воду и стала выжимать размытый клизмами кал. Первые порции у неё выходили весьма трудно, заставляя усиленно тужиться. Однако вскоре последовал более мягкий стул, который посвистывая вышел вон. Сильный, противный запах старого, запорного кала наполнил комнату. «Ладно, Света, я чую, что с Верочкой всё будет в порядке, пойду, посмотрю, как там мой Ванечка, ему ведь тоже только что была клизма сделана», сказала Надя.
«Ах так, он что, еще не раскакался?». «Нет, муж держал его на диване». «Ну, беги, беги, Вера теперь уже раскаканная, всё окей будет», соседка согласилась. Надя вернулась в свою квартиру как раз в тот момент, когда Андрей подтирал попу Ванечке. «Ну, хорошо покакал?», мама спросила. «Смотри сама!», папа указал рукой на горшок, почти доверху наполненный какашками. «Ну и слава Богу! Дочь соседки тоже после двух клизм стала какать», сказала Надя. Затем мальчик был уложен спать, а родители отправились в свою комнату немного потрахаться перед ночью. В соседней квартире тоже вскоре всё затихло. Конец рассказа.