Говорят, если в четверг перед сном как следует задуматься о своих проблемах, все они решатся сами собой. Пример: периодическая таблица Менделеева.
Моей главной проблемой был Валерка.
Так уж получилось, что мы с ним родились в одном роддоме в один день; в один год и день нас отнесли в одни ясли, откуда мы в один день перешли сначала в младшую, потом в среднюю и, наконец, в старшую группу садика. Потом мы вместе пошли в одну школу и попали в один класс, где и проучились все годы, сидя за одной партой. Даже лето мы проводили вместе, потому что дачи наших небогатых родителей были соседними, и никуда дальше этих мест на лето нас не вывозили.
Учились мы оба на "отлично", хотя во всём остальном были друг другу прямой противоположностью. Я, что называется, ботаник, любитель книг, картин, музыки, невысокий и не особенно сильный. Он - шалопай, разгильдяй, сорвиголова и хулиган, крепкий, накачанный, любитель спорта и приключений. Когда мы получили аттестаты, вся школа вздохнула. С сожалением по поводу расставания с таким примерным учеником, как я, и с облегчением по поводу избавления от такого стихийного бедствия, как Валерка.
Получив свои медали, мы, почти не сговариваясь, подали свои документы в один универ и, естественно, на один факультет. Родаки у нас олигархами не были, и потому квартиру нам не только не купили, но даже и не сняли, а посему поселились мы в одной комнате студенческого общежития.
Теперь мы были самостоятельными людьми и могли тратить свободное время по своему усмотрению. Я, естественно, попав в большой город, стал постоянным посетителем библиотек, театров и музеев; Валерка - ночных клубов, спортивных секций и стадионов. А ещё Валерка был кобелем, каких мало. Девки вешались на него гроздьями, и далеко не каждую ночь он проводил в общежитии. Я же совсем не подходил к девочкам, и причина была одна - Валерка. Я просто с ума по нему сходил, и никто больше был мне не нужен. Понял я это давно, но не вдруг, а как-то постепенно и естественно.
Вот это и стало моей пожизненной и главной проблемой. Я до смерти боялся, что, как только это почувствует, Валерка перестанет со мной дружить, а чтобы сохранить нашу дружбу, я был готов на всё, что угодно, даже на вечную пытку неразделённой любви.
Но вернёмся к старым приметам. В нашем общежитии не слишком хорошо топили, и зимой, когда стало особенно холодно, мы сдвинули свои кровати и стали спать вместе, согреваясь двумя одеялами и теплом друг друга. Что греха таить, даже если и не было особенно холодно, я с удовольствием прижимался к своему соседу и млел от удовольствия, когда он во сне закидывал на меня руку или ногу..
Тут-то я и вспомнил про старинную примету о способе решения всех проблем в ночь с четверга на пятницу. Сконцентрировавшись на образе своего кумира, я совсем уже заснул, когда дверь нашей комнаты открылась, и вошёл почему-то босой и явно замёрзший Валерка.- Дай-ка я об тебя погреюсь, замерз совсем, - сообщил он мне после того, как сбросил с себя рубашку и джинсы, под которыми ничего больше не оказалось!
Он был холодный, как ледышка, и зубы его выстукивали мелкую барабанную дробь.
Слегка согревшись и перестав стучать зубами, Валерка вдруг рассмеялся:
- Прикинь, баба Маша на вахте чуть в обморок не рухнула, увидев меня босого и в одной рубашке заскакивающего в общагу!
Я, ещё не понимая, сплю я и вижу сон или уже проснулся и всё это происходит наяву, недовольно спрашиваю:
- И откуда ты такой?
- Расскажу - охренеешь, - говорит он, ещё теснее прижимаясь ко мне. - Сегодня мы с Ленкой договорились о том, что я вечерком к ней загляну. Она согласилась и предупредила, что, мол, как везде свет погаснет, я должен стукнуть ей в окно, и она откроет. Дожидаюсь, когда в квартире не остаётся света, стучу. Окно открывается, и я вваливаюсь в комнату. И тут начинается: куртка в одну сторону, рубашка - в другую. Я только помогаю расстегнуть джинсы, и такая любовь! Никогда Ленка так не целовалась, никогда с таким азартом не отсасывала! Набросилась, будто год мужика не видала! Ну, и я осмелел, все позы с ней перепробовал! Охренеть!
Видно, от воспоминаний член у Валерки начал вставать и прижиматься к моим бёдрам.
- Только начал по третьему заходу, - продолжает мой тяжеловес, - как раздаётся звонок в дверь! Ленка аж подпрыгнула! Лежи, говорю, они сюда не зайдут. И тут Ленкин голос в коридоре: "Сейчас, папочка, открою, ключи не найду!" И другой голос рядом: "Чеши отсюда, муж пришёл!" Я, что нашёл, схватил - и в окно! А нашёл лишь рубашку и джинсы. Хорошо, что рядом, мороз же на улице!.. Прикинь, вместо Ленкиной комнаты я в комнату её матери влез! А какая женщина! Вот у кого Ленке учиться надо! - говорит, а сам всё прижимается ко мне; дубинка совсем деревянная стала и ищет, куда бы приткнуться.
Ну, я думаю: раз наяву не получается, то хоть во сне потрахаемся, - во сне всё можно! И свою попочку к нему подставляю, чтоб удобнее вставлять было.
- Слушай, а ты тоже ничего, и горячий какой, - шепчет Валерка, - мне так нравится, когда ты по ночам прижимаешься ко мне, - а сам нежно гладит меня по спине, будто позвонки пересчитывает.
Сначала сверху вниз провёл рукой до копчика, потом снова вверх и по плечам.
- И кожа будто бархатная!
С плеч он перешёл на грудь и начал мять мой сосок. От соска по животу и ниже...
- Вань, а ведь и у тебя стоит! Я так давно хотел тебе предложить, но боялся, что прогонишь и раздружишься..
Освобождённый, мой дружок со шлепком подскакивает к животу и наталкивается на мягкие Валеркины губы.- Какой хорошенький! Дай-ка я его поцелую, - бормочет Валерка и целует член в самый кончик, но не останавливается на этом, а губами сдвигает шкурку и проводит шершавым языком по всей головке.
"Боже, какой сладкий сон, - думаю я, - лишь бы он не кончался!"
А сон продолжается. Валерка языком ведёт по стволу, облизывает его и вдруг заглатывает яйца. Меня всего выгибает, но я героически не просыпаюсь. Валеркин язык снова поднимается вверх, и вот губы захватывают головку целиком, а за ней и весь ствол. Я уже не могу не стонать от удовольствия, но изо всех сил не просыпаюсь. Надо досмотреть сон до конца.
Конец не заставляет себя долго ждать: от Валеркиных ласк по всему телу пробегает судорога, и я кончаю. Кончаю, как из автомата, очередями, много и часто. Если б дело было не во сне, Валерка убил бы меня за такое, а так он спокойно сглатывает всё моё семя и долго целует меня в губы.
Я на седьмом небе от счастья: вот он, весь мой! Его плотное горячее тело лежит на мне; его руки гладят мои плечи и грудь; его губы нежно целуют мои...
- А теперь придётся потерпеть, - говорит Валерка и, подняв мои ноги, пальцем размазывает что-то холодное на моей дырочке.
Несколько движений, и его палец проникает вовнутрь, доставляя мне явный дискомфорт. Вот его палец проникает чуть глубже и начинает совершать вращательные движения; вот за первым в очко входит и второй палец. Неприятное ощущение проходит, но Валерка вытаскивает пальцы и, резко надавив, вставляет в очко свою головку. Боль адская, но я сплю, сжав зубы, чтобы не заорать.
Валеркин член замирает, и боль потихоньку отступает. Я снова расслабляюсь, и в этот момент Валеркин орган медленно начинает продвигаться глубже в меня. Опять становится больно, но уже не так, как вначале. Терпеть можно, и я терплю. Лишь бы не проснуться.
Тем временем Валеркин член входит в меня полностью и начинает совершать обратное движение. Я надеюсь на то, что сейчас станет легче, но зря: чуть вытащив член, Валерка снова загоняет его в меня до упора, но теперь ещё резче. Так он делает несколько раз, а потом начинает трахать меня наотмашь.
Удивительное дело: теперь к ощущению боли всё более примешивается некое блаженство. Становится все приятнее и приятнее - вплоть до того, что я сам начинаю насаживаться на этот раскалённый кол.
- Хорошо ли тебе? - шепчет Валерка.
Ещё бы не хорошо! Я просто улетаю от этого.
Всё тело сконцентрировалось в одной точке и готово взорваться. Ритм движений всё убыстряется, и напряжение нарастает. Валерка делает несколько резких качков, и его горячий сок жизни вливается в меня. Вместе с тем из меня начинает снова выстреливать...
Мы лежим обессиленные, и Валерка стонет:
- Кайф, ни с одной девкой так хорошо не было! Ванечка, я люблю тебя! Я всегда любил тебя, только боялся обидеть. Ну не притворяйся же, я давно понял, что ты не спишь. Скажи мне что-нибудь...
***
Утром Валерка в универ не пошёл. Не в чем было. А перед первой парой ко мне подошла Ленка, отдала пакет с его вещами и сказала, чтоб Валерка к ней больше не подходил.
Ну и ладно. Думаю, что у него теперь и не будет необходимости бегать по бабам.