Придя в сознание, Крейг обнаружил себя в весьма странном положении - он стоял в позе орла, прижавшись к стене, полностью покрытой слоем блестящего чёрного ПВХ, из-за чего её поверхность ощущалась очень гладкой. В стене было сделано специальное углубление, по форме и размеру соответствующее его голове, так что в целом позиция, которую он занимал, была довольно удобной. Руки Крейга были согнуты в локтях и располагались в горизонтальной плоскости относительно его плеч. На его запястьях, лодыжках, икрах, а также чуть ниже колена и над бицепсами располагались мягкие кожаные ремни, крепившиеся к стене. Ещё четыре ремня, потолще, стягивали его спину и бёдра: один из них проходил чуть ниже подмышек, другой - в области талии, и ещё два - над каждым бедром. Все ремни крепко стягивали тело Крейга, не позволяя ему свободно двигаться.
Крейг не мог увидеть свои ноги, однако он чувствовал, что они находились в каких-то отверстиях в основании стены. В любом случае, они стояли носками вперёд и крепко удерживались в них.
Он чувствовал также лёгкое давление вокруг своего члена и яиц - словно кто-то обвязал их сбруей. Также, по-видимому, они находились в ещё одном углублении стены на уровне его промежности и, судя по всему, достаточно большом, чтобы свободно и целиком вместить их.
Напрягшись, чтобы взглянуть через своё плечо, Крейг оглядел комнату, в которой находился. Она была большой, но довольно безликой - другие стены были кирпичными, а пол оказался покрыт чем-то вроде чёрной резины. Кроме пары стульев и хирургического стола на колесиках, стоящего на противоположной стороне, чьи приспособления из этой позы и с такого расстояния просто невозможно было разглядеть, там ничего не было.
Постепенно мысли Крейга прояснилась, и он почувствовал жажду. Стакан воды сейчас оказался бы не лишним. Не успел он подумать об этом, как дверь за его спиной отворилась, и в комнате появилась фигура человека в чёрной лыжной маске. Он приблизился к парню и встал рядом с ним. В руке он держал стакан воды.
- Ты, должно быть, испытываешь сильную жажду - это побочное действие препарата. Вот, выпей.
Крейг с жадностью начал глотать воду, как только незнакомец поднёс её к его губам, осушив стакан всего за пару секунд.
- Ещё хочешь?
Крейг отрицательно покачал головой.
Посмотрев несколько мгновений на парня, незнакомец прошептал:
- Боже мой, ты настоящий красавчик! - после чего вышел без лишних слов.
Крейг начал ждать, что будет дальше. На этот раз он был абсолютно спокоен, ведь с ним ничего не могло произойти неожиданно, так как он мог услышать открывающуюся дверь прежде, чем кто-либо войдёт внутрь. И хотя он стоял, положение, в котором он оказался, было довольно удобным - гладкий ПВХ и ремни, казалось, брали на себя большую часть его веса, так что Крейг чувствовал бы себя довольно сносно, если бы не ощущение унижения и беспомощности. "Кто этот человек, и что он хочет с ним сделать?" - эта мысль терзала парня сильнее всего.
Внезапно Крейг вскрикнул от удивления - что-то коснулось его члена! Он напрягся, чтобы посмотреть вниз, но ограничители сделали это невозможным. Его сердце бешено забилось. Что происходит? Неужели там был таракан?
Ощущение повторилось снова. Он почувствовал, как насекомое ползёт по стволу его члена. Теперь оно было на его яйцах. Несмотря на страх, член Крейга быстро встал в полную силу. Чуть позже к первому насекомому присоединилось ещё одно, и теперь яйца и член парня щекотали уже двое.
И тут Крейг понял, что происходит. Вот почему он чувствовал давление вокруг своего хозяйства! Потому что в стене была дыра, через которую в другую комнату были вытянуты его член и яйца. И там, с другой стороны, был кто-то, кто играл сейчас с ними. Это просто взорвало разум парня. Эти люди были бесчеловечно жестоки!
Крейг вдруг почувствовал себя неимоверно уязвимым и беспомощным. Он здесь, связан и обездвижен, а его яйца и член в совершенно другой комнате, отделённой от него стеной, чёрт возьми! Он не мог видеть, что происходит, и понятия не имел, что собираются делать его похитители, не мог общаться с ними и, естественно, не мог предотвратить эту пытку. Они же могли делать всё, что захочется, с самым чувствительным органом его тела.
В панике Крейг начал изо всех сил пытаться освободиться. Он извивался и корчился около гладкой и чёрной стены, но многочисленные ремни держали его крепко прижатым к ней, беспомощным и беззащитным. В каком-то смысле это было хуже, чем быть с завязанными глазами или в капюшоне, ведь, по крайней мере, тогда он находился бы в одной комнате со своим членом. Парень не только не мог увидеть и услышать тех, кто сейчас забавлялся с ним, но, что важнее - они не могли увидеть его реакцию на их издевательства. Что если они захотят причинить ему серьёзный вред, даже не узнав, что он корчится в агонии?
Крейг попытался вытащить своё хозяйство из стены, но ремни вокруг основания бёдер и поясницы оказались закреплены очень плотно. Видимо, они специально были так разработаны, чтобы предотвратить любое движение его члена через дыру в стене, и, надо сказать, они отлично справлялись с этой задачей. В конце концов, не имея иного выбора, парень вынужден был принят то, что для него подготовили. Он упёрся головой в неглубокую нишу и сосредоточился на том, что происходило на другой стороне стены...
***
Джон снял свою маску и закурил сигарету, наблюдая за тем, как Адриан дразнит полностью эрегированный член парня парой перьев. Вероятно, это было любимым развлечением Джона, и хотя он проделывал такое уже много раз, он нашёл вид торчащих прямо из стены гениталий просто завораживающим. На самом деле, стена, разделявшая их с узником, была толщиной только в дюйм (можно было даже увидеть нишу для головы с этой стороны). Она была сделана из крепкого и жёсткого пластика, что, однако, оставалось тайной для Крейга. Парню казалось, что эта стена ничем не отличается от других таких же в здании. Джон улыбнулся при этой мысли.
В этой комнате можно было увидеть три кресла, стоящие полукругом, центром которого были торчащие половые органы Крейга. С левой стороны сидел Адриан, игравший перьями со стоящим в полную силу достоинством парня, другие два места были пока пусты. Джон уселся в центре и пододвинул к себе панель управления. Надев пару тонких резиновых перчаток и взяв маленький аэрозольный баллончик, он крепко схватил одной рукой член Крейга и опрыскал необрезанную головку каким-то химическим веществом. По комнате разнёсся слабый запах, отдалённо напоминавший ацетон.
Джон заметил недоумение на лице Адриана.
- Местный анестетик. Мы знаем, как чувствителен его "дружок", и я не хочу, чтобы на него воздействовал какой-нибудь раздражитель - по крайней мере, пока... Ведь это будет основным блюдом.
Адриан улыбнулся. Его рука лежала на его промежности, потирая собственный член через кожаные джинсы.
Джон убрал баллончик и достал два маленьких пера.
- Никогда не следует недооценивать эффективность перьев. Они преодолеют любое сопротивление.
С этими словами он дотронулся кончиками перьев до яиц Крейга - по одному с каждой стороны - и начал лёгкими движениями щекотать переднюю часть мошонки, почти сразу же услышав, как Крейг принялся биться с другой стороны стены. В комнате, где они располагались, находился экран видеонаблюдения, который передавал изображение с маленькой видеокамеры в противоположной комнате, но Джон предпочитал не пользоваться ей, ибо единственное, что было важно - это то, что его жертва страдала, и ему нравилась мысль, что, хотя это страдание и было интенсивным, объект пытки был отдалён от него. Пока перья Джона описывали танец вокруг шаров жертвы, он представлял себе красивое лицо Крейга, прищуренное от невыносимого чувства стыда и щекотки, его сексуальное тело, беспомощно рвавшееся в своих путах в тщетной попытке вырваться на свободу.
Вооружённый детальными знаниями о наиболее чувствительных и уязвимых местах мужчины, Джон целенаправленно стимулировал каждое из них по очереди: по задней стороне, бокам и к нижней части мошонки. Он внимательно и заботливо щекотал каждое из этих мест - для достижения максимального эффекта. В такие моменты Джон чувствовал себя хирургом - таким же тщательным и внимательным. При работе с прежними узниками он заметил, что места по бокам от мошонки - там, где она присоединяется к вершинам бёдер, были особенно уязвимой областью, поэтому и сейчас, работая сначала слева, а потом справа, он осторожно отодвигал яички парня своей рукой в перчатке и нещадно щекотал его, бегая пером вверх и вниз по паху. Член Крейга сразу же начал сочиться преякулятом, и Адриан положил белое полотенце на пол под ним, чтобы поймать жемчужные бусины вязкой жидкости, капавшей с крайней плоти
У анестетика наступало время максимального эффекта, после которого его действие должно было полностью закончиться примерно через 20 минут. Пришла пора двигаться дальше. Он начал обрабатывать основание члена парня, слегка касаясь и поглаживая перьями тонкие русые волосы вокруг, сверху и снизу наполненного пениса. Он продолжал заниматься и яйцами парня, чтобы поддерживать их чувствительность, но его главной целью теперь был член. На достоинстве Крейга выступили вены, поскольку в двадцать лет оно невообразимо чувствительно, и с каждым прикосновением пытается стать ещё тверже, чем было до того. "Это нужно остановить", - подумал Джон.- Адриан, подайте мне, пожалуйста, эрекционный держатель.
Хромированное стальное устройство, стоявшее на полке, состояло из базовой плиты с отверстием в центре пяти сантиметров в диаметре и трёх стержней, которые поднимались вертикально вверх от основания под углом 90 градусов и сходились на тонком небольшом кольце, параллельно основанию конструкции, отстоящем на 8 сантиметров. Высота стержней регулировалась, так же как и диаметр малого кольца, наподобие наручника.
Адриан протянул устройство Джону, который, полностью открыв малое кольцо, поудобнее уселся в кресле, зафиксировав свои локти на подлокотниках, и, действуя очень осторожно, просунул член Крейга внутрь конструкции, доведя основание до отверстия в стене. Действовал он крайне осторожно, стараясь не прикасаться к пульсирующему перевозбуждённому члену парня. Затем, с такой же точностью, он установил нужную высоту стержней и запер малое кольцо ниже головки члена Крейга. Теперь гениталии парня были неподвижно зафиксированы в стоячем положении, и все его движения сводились к линейному изгибанию у корня. Открытая конструкция устройства позволяла иметь свободный доступ ко всему органу, и Джон продолжил щекотать и дразнить член парня, однако не заходя выше металлического кольца.
Джон точно знал, что чувствует Крейг, - абсолютную, совершенную беспомощность. Он знал из личного опыта, что положение, в которое попал парень, наверное, являлось самым нервным и напряжённым состоянием безвыходности и унижения из всех возможных. Он усмехнулся и взял из миски кубик льда между пальцев рук в резиновых перчатках.
Крейг был весь в поту. Скользя своей обнажённой кожей по гладкой поверхности стены, он пытался справиться с невыносимым ощущением того, что сейчас творилось с его членом и яйцами. Он понятия не имел, кто или сколько человек находилось в другой комнате, наблюдая за работой над его гениталиями; он предполагал, что там мог быть человек в лыжной маске, но там могло быть и ещё 20 человек. Он давно заметил камеру видеонаблюдения - небольшой объектив находился высоко в углу комнаты справа от него, и, вероятно, все эти грёбаные извращенцы там, за стеной, сейчас инкогнито пялились на него. В приступе ярости Крейг плюнул в сторону камеры - насколько мог далеко. Но увы, слюна упала, не долетев до цели.
После первоначального возбуждения его гениталий (хотя он и перепробовал всё, что мог придумать, чтобы сохранить свой член спокойным, ибо он имел твёрдое намерение не дать этим ублюдкам получить удовольствие видеть его унизительную эрекцию, однако всего несколько лёгких прикосновений пёрышка к его члену переломили сознательные усилия парня, и предательский орган за пару секунд встал в полную силу) всё тело Крейга содрогнулось, когда он почувствовал, как на его головку брызнули какой-то холодной жидкостью. С тех пор его перестали трогать, и он вообще ничего не чувствовал. Однако в последние 15 минут или около того члену и яйцам Крейга уделяли очень серьёзное внимание на противоположной стороне стены. Он никогда не думал, что может быть так чертовски щекотно от прикосновения к его яйцам, но это было реальностью. Его хуй жил своей собственной жизнью. Всё это продолжалось до тех пор, пока вокруг его "дружка" не закрепили какое-то приспособление, которое, намертво вцепившись в член чуть ниже головки, лишило парня последней возможности двигаться и обороняться (по крайней мере, он думал, что был способен на оборону). Крейг по-прежнему мог трясти им, но конец его теперь стал полностью обездвижен. Парень молился, чтобы они не касались его головки.
Время шло очень медленно. Крейг бы никогда не поверил, что минута может показаться такой длинной. Он перепробовал всё, чтобы заставить себя не реагировать на щекотку, но эти попытки не возымели эффекта. Он пытался представить наиболее несексуальные образы, которые только мог возродить в своём сознании, но уже следующий росчерк пера на его члене развеивал их, как компьютерный визуальный эффект, и заменял на картину своих гениталий, вставленных через отверстие в стене на потеху парню в лыжной маске. Каждый раз, как только этот образ приходил к нему в голову, его хуй пытался стать ещё тверже, чем раньше. До тех пор, пока на него не поставили этот ограничитель, парень сознательно заставлял свой член двигаться, чтобы сделать работу своих мучителей более трудоёмкой, но сейчас даже в этом небольшом акте самообороны ему было отказано. Всё, что он мог сделать, - это стоять крепко связанным у ПВХ-стены и терпеть издевательства над своим членом, твёрдым, словно флагшток, и желавшим большего.
Кроме самой щекотки, невыносимо было и их желание заставить Крейга кончить. Однако, невзирая на унижение, он бы не отказался от хорошей дрочки своего органа. Крейг пытался представить, что с другой стороны стоит красивая пышная блондинка с большими сиськами и что всё происходящее - дело её рук. Однако эта мысль заставляла его желать оргазма ещё больше, хотя, несмотря на свою быстрорастущую потребность в нём, он чувствовал, что эти ублюдки собираются не дать ему кончить ещё очень долго, поэтому такие мысли были не тем, что могло бы ободрить его в этот момент. Но вот то, о чём он действительно думал и что являлось серьёзной проблемой: с одной стороны парень, сильно хотел кончить, но с другой, нельзя было позволить этим извращенцам использовать его как какой-то чёртов автомат. Он был натуралом, он был хозяином своих желаний, а засранцы с другой стороны пусть катятся ко всем чертям.
Он зажмурился и в немом бешенстве стал планировать, что сделает с этими ёбаными извращенцами, когда выберется на свободу. Но его мозг, казалось, был занят другими идеями. Внезапно в его воображении мелькнула непрошенная фантазия: над его связанным и беспомощным телом стоит человек в маске. Крейг видит чётко очерченный жёсткий член под блестящей кожей его брюк; человек наклоняется и, злобно смеясь, натягивает капюшон на голову парня, погрузив его беспомощным в чёрную тьму кожи...
Очнувшись от грязной фантазии, Крейг обнаружил, что чувственно поглаживает руками гладкое покрытие стены. Он нервно сжал кулаки и покачал головой, чтобы избавиться от наваждения. Странно, но почему-то эта картина возымела куда больший резонанс, чем пышная блондинка. Он решил обо всём серьёзно подумать, когда выберется из этого места.
Он дёрнулся, когда перо добралось до особенно чувствительных мест на его яйцах и в паху. Всё, что было распылено на его головке, очевидно, уже перестало действовать, однако там его по-прежнему не трогали. Эта часть его члена была заклятым врагом Крейга, и сейчас он понимал, что должен был в своё время сделать обрезание.
Крейг жаждал почувствовать хоть какое-нибудь действие на кончике своего члена. Он знал, что пара хороших толчков его крайней плоти вызвали бы лучший оргазм из тех, что он когда-либо испытывал в жизни, - он чувствовал это. Но мерзавец на той стороне продолжал щекотать основание его члена и яйца, не касаясь проклятой головки. Это сводило Крейга с ума.
Крейг видел, что оказался между двух различных и противоположных мыслительных установок. Во-первых, ограничители, унизительное положение, камера видеонаблюдения, просунутые сквозь стену гениталии и всё прочее - ненавистное и заставлявшее бороться до последних сил. Но с другой стороны, его беспомощность, вероятность того, что за его мучениями наблюдали, ремни и даже чёрное ПВХ-покрытие стены - всё это делало его ещё более возбуждённым! Он даже понял, что его неэффективная борьба в какой-то момент стала добровольной вещью, ибо она усиливала в нём это чувство беспомощности. Фактически он тратил всё больше сил и времени на включение в процесс пытки. Он понимал, что такова их задумка, но увы, не было даже малейшего способа остановить это... Ебать! Эти мысли перевернули его.
Необходимость в оргазме стало единственным, о чём мог думать Крейг. Он чувствовал капли преякулята, капавшие с его члена, и от этого ощущения казались ещё более острыми, чем должны были быть. Крошечная часть разума Крейга начала слегка беспокоиться об этом. С потрясающей ясностью он чувствовал каждую каплю преякулята, вытекающую из его мочеиспускательного канала, чувствовал, как они собираются в крайней плоти, а затем медленно соскальзывают на край и падают вниз
Затем ужасное в своей внезапности и неожиданности чувство холода. Оно пробежало вниз по стволу члена и яйцам. Его хуй стал съёживаться и терять свою прочность. Крейг испустил вопль, который, несомненно, должны были услышать все с другой стороны стены, и искривил лицо в гримасе муки - не из-за боли или удовольствия, но из-за чистоты и интенсивности ощущения. Это продолжалось некоторое время ("Должно быть, кубик льда", - подумал Крейг), а затем остановилось. Парень вздохнул с облегчением. Однако передышка оказалась недолгой. Пару минут спустя, когда его кожа стала возвращаться к нормальной температуре, он понял, что она была во много раз более чувствительна, чем прежде.
- Грёбаные ублюдки! - закричал он, безнадёжно борясь с ограничителями.
Щекотка началась снова, как и прежде, избегая головки члена. Твёрдое мускулистое тело Крейга воевало против сдерживавших его ремней. Несколько минут спустя он перестал сопротивляться и, побеждённый, закрыл глаза, ощущая, как незаметные перья безжалостно дразнят его член и яйца, разрыдался от унижения и сексуальной неудовлетворённости.
- Хорошо, время веселиться, - сказал Джон.
Адриан усмехнулся.
- Вы имеете в виду, что этого не было до сих пор?
- О-о, теперь всё станет гораздо интереснее.
Он взял из лотка многоскоростную любительскую дрель и прикрепил к ней особую насадку, с которой он обращался очень аккуратно: она выглядела лохматой, как если бы содержала длинные шерстяные нити, но сильно ощипанные. Волокна безвольно висели до тех пор, пока Джон не нажал "On". Центробежная сила сразу же встряхнула волокна и заставила их встать на кончике насадки, словно мех загнанной в угол кошки. Теперь наконечник был около дюйма в диаметре.
- Микроволокна, - пояснил Джон. - Каждая нить в отдельности тоньше человеческого волоса... Дай сюда свой палец.
Он осторожно коснулся волокнами пальца Адриана и посмотрел на изумлённое лицо помощника.
- Ха! Щекотно! - Адриан преодолевал желание вытащить свой палец по мере увеличения Джоном скорости вращения, но в итоге всё равно сдался. - Ой-ой-ой! Чем быстрее она вращается, тем становится больнее.
Джон улыбнулся.
- Представь, что будет чувствовать он, когда я дотронусь этим до его головки. Она полностью регулируется - от интенсивной щекотки до сильной боли.
С этими словами Джон пододвинул стул поближе и медленно приблизился к самому краю гиперчувствительного члена Крейга.
***
Крейг чуть не выпрыгнул из кожи. Он даже вскрикнул от удивления. Казалось, долгие часы он жаждал прикосновения к своей головке, и вот теперь с ней происходило что-то неописуемое. Даже когда член был полностью эрегирован, как сейчас, её почти полностью покрывала кожа, вплоть до самого центра, где находился мочеиспускательный канал. И сейчас что-то чрезвычайно интенсивно щекотало его самую крайнюю плоть. Крейг не мог понять, что происходит. Казалось, это была какая-то постоянная стимуляция. Возможно, электричество? Он так не думал. Как бы там ни было, это оказалось на редкость мучительным. Медленно неизвестный стимулятор стал двигаться вокруг всей его крайней плоти. Он щекотал сверху, по бокам и внизу головки, пробежал по кругу и вернулся к самой вершине самым неприятным и возбуждающим путём. Происходящее заставило Крейга хотеть закричать - и это заставило его вновь захотеть кончить.
Крейг перестал понимать, как долго это продолжается, так сильно он погряз в плену ощущений. В конце концов процесс остановился, одновременно давая парню передышку, но в то же время заставляя его ещё сильней задыхаться. Он почувствовал, как чьи-то пальцы дотронулись до его крайней плоти и, осторожно потянув её назад, оголили головку члена.
- О, нет! - прошептал он, будучи вконец испуган.
Его головка сейчас и так была излишне чувствительна, так что даже нежное прикосновение пальцев к ней было болезненным. Однако пока ничего более не прикасалось к ней. Затем на член Крейга вылили какую-то холодную жидкость. Это было не больно. Затем настолько нежно, что сначала он даже не понял, что это было, кто-то начал трогать его пальцем... Любрикант! Было страшно, но в то же время Крейг испытывал удивительные ощущения. Палец двигался по обнажённой головке парня, плавая в толстом слое смазки, а Крейг, затаив дыхание, упивался самыми изысканными ощущениями из тех, что когда-либо испытывал. Палец скользил вверх и вниз, и парень быстро почувствовал приближение оргазма. Но потом всё исчезло, и крайнюю плоть вернули обратно - к своей привычной позиции.
В отчаянии Крейг несколько раз ударился головой о мягкую стену.
***
Джон положил прибор и встал. Он посмотрел на настенные часы.
- Я собираюсь установить стимулятор простаты, Адриан. Держите пленника возбуждённым. Работайте с его членом и яйцами. Попробуйте добраться до внутренней стороны его бёдер, но не дотрагивайтесь до его головки. Это понятно?
- Да, сэр! - Адриан уселся в центральное кресло и выбрал две кисти с мелким наконечником.
Джон ещё несколько мгновений наблюдал за его работой, после чего улыбнулся и, надев лыжную маску, вышел из комнаты.
***
Крейг услышал, как открывается дверь, и обернулся. Естественно, это был человек в маске. Кто-то продолжал работать с его гениталиями, и внезапное чувство стыда ударило ему в голову, поскольку он не знал, кто это делает.
Не говоря ни слова, мужчина подкатил столик из дальнего угла комнаты к Крейгу и, надев хирургические резиновые перчатки, густо намазал их любрикантом.
Крейг был обеспокоен - его задница до этого ничего в себя не впускала, и если этот человек собирался сунуть туда кулак...
Словно прочтя его страхи, человек в маске произнёс:
- Не беспокойтесь, я не причиню вам вреда. Я должен провести небольшую анальную разведку, но с помощью лишь одного пальца. Это не может повредить - вероятно, вы даже будете наслаждаться этим.
До этого Крейг никогда не имел опыта анальных вторжений, и при мысли о них в нём сработал стереотипный гомофобный рефлекс.
- Ты, чёртов ублюдок, оставь мою задницу в покое, - со злобой промолвил Крейг. - Я не один из ваших ёбаных ублюдков. Когда я отсюда выберусь, то прикончу тебя.
Он повернулся и попытался плюнуть в лицо Джону, но неспособность свободно поворачивать голову спутала ему цель, и плевок приземлился на пол.
Джон улыбнулся под маской.
- Хорошо. Всё, что вам нужно сделать, так это остановить меня, - подойдя ближе, он раздвинул ягодицы парня и коснулся кончиком пальца его плотно стиснутого отверстия. - Дело ваше, конечно, но если продолжите сопротивляться, будет больно. Поверьте на слово.
Крейг отвернулся:
- Да пошёл ты!
Пожав плечами, Джон толкнул палец, как только мог осторожно, и оставил его там на мгновение, пока парень не привык к новому для себя ощущению.
Тело его было напряжено, но пока палец оставался недвижим, он постепенно начал расслабляться. Через несколько мгновений Крейг обнаружил, что ощущение оказалось неожиданно приятным. Он снова напрягался, когда палец человека начинал медленно двигаться, но когда стало очевидно, что это не больно, то успокоился.
Очень медленно палец двигался внутрь, облегчая себе путь смазкой, пока, наконец, Крейг не почувствовал остальную руку у себя на промежности. Парень почувствовал, как его член снова затвердел, и он ничего не мог сделать, чтобы предотвратить это.
Через несколько мгновений палец незнакомца наклонился внутрь в кишке парня, и Крейг почувствовал, как он движется, пока его вдруг не прострелил шок от нового изысканного ощущения - так, что парень даже ахнул.
- Кажется, нашёл.
Незнакомец начал массировать то, что он нашёл, и Крейг почувствовал начало приближающегося оргазма. Это было самое фантастическое из того, что он когда-либо испытывал в жизни. Было такое ощущение, что палец находится в непосредственном контакте с его центром оргазма, если существовала такая вещь.
- Что, чёрт возьми, ты делаешь? - прохрипел Крейг.
- Это ваша предстательная железа, - улыбнулся под маской мужчина. - Никогда не стимулировали её раньше?
По-видимому, удовлетворённый результатом, незнакомец осторожно вынул палец и прикрепил металлическую раму к стене прямо под круглым задом Крейга. Затем он взял прибор, напоминавший вещицу, использовавшуюся для размагничивания магнитных головок, и представлявший собой длинное устройство с изогнутым концом. Незнакомец размазал любрикант по всей его длине и осторожно вставил прибор в прямую кишку парня. И хотя он был толще, чем палец, благодаря гладкой его поверхности всё прошло легко. Крейг глубоко вздохнул, когда в него входил холодный пластик, и слегка поморщился, пока незнакомец двигал прибор внутри него
Ориентируясь на реакцию парня, незнакомец осторожно закрепил устройство на металлическом каркасе и подключил выходящие из него провода в небольшие углубления в полу. Затем он вытер излишек смазки о Крейга и, нежно похлопав его, сказал:
- Наслаждайтесь, - после чего исчез.
Крейг пытался двигать тазом, чтобы устройство касалось удивительно чувствительных мест внутри него, но из-за ограничителей это было совершенно невозможно. Он вздохнул от досады, и его разум вновь сосредоточился на том, что кто-то с ним делал через отверстие в стене.
Затем вдруг ему пришло в голову, что они собираются испытать на его заднице электричество. Внезапно его член стал терять свою твёрдость, и парень начал беспокоиться. Он снова ощутил свои ремни и всё то, что он ненавидел и с чем будет бороться. Он ещё покажет этим проклятым ублюдкам, которые контролируют его тело!
Джон снял маску и вернулся на центральное кресло. С большой осторожностью, чтобы не дотронуться до головки, он разблокировал сдерживающее её металлическое кольцо и снял проволочную клетку, что позволило полурасслабленному органу свободно упасть. Он остановился, указывая угол вниз примерно в 45 градусов.
- Итак, Адриан, вы ещё не видели, как используется стимулятор простаты?
- Нет, сэр.
- Хорошо, постараемся воплотить мою маленькую идею в жизнь... Видите его член? Он опускается. Вероятно, пленник беспокоится о том, что его зад подключён к розетке. Смотрите, - Джон потянулся к панели управления на стене и щёлкнул выключателем, после чего очень осторожно начал поворачивать небольшую чёрную ручку. Игла циферблата на консоли медленно двинулась с места. Градуировка была проставлена от 0 до 100, а Джон остановил стрелку на 20.
- Сейчас он почувствует. Наблюдай за его членом.
Как по мановению волшебной палочки, объект их внимания стал увеличиваться в размерах и твердеть. Он укреплялся по мере подтока крови, восставая, словно Феникс, до тех пор, пока не вернулся к своему бывшему состоянию, находясь теперь примерно под тем же углом, но уже вверх.
Джон взял какое-то устройство. С виду это была просто изогнутая металлическая получашечка, по форме напоминающая верхнюю поверхность головки члена, на регулируемых опорах, к которым была припаяна проволокой. Джон установил её на несколько миллиметров выше крайней плоти и, закрепив её на месте, подключил отходящие от устройства провода к маленькой чёрной коробочке. Затем он отключил стимулятор простаты и, переставив провода в панели управления, вставил провод стимулятора в разъём той же чёрной коробочки.
- Мы почти готовы, - улыбнулся он, садясь обратно. - Теперь будем ждать, пока его член снова наберёт силу.
Тем временем член Крейга начал терять твёрдость и вновь опустился вниз. Джон щёлкнул выключателем на чёрном ящичке и сказал:
- Если всё работает, то мы можем пойти и выпить по чашке чая.
Адриан был озадачен.
- А что в коробке?
- Вы можете увидеть, как его член становится всё тверже. Он будет продолжать расти до тех пор, пока его сверхчувствительная головка не коснётся металлической чашечки, что создаст полную электроцепь, и он получит небольшой разряд тока по своей крайней плоти. Одновременно произойдёт отключение стимулятора простаты и запуск таймера. Болевой шок заставит его член опуститься, но двадцать секунд спустя стимулятор включится снова, что сделает его член снова твёрдым, и он вновь прикоснётся к чашечке... Понимаете? Вверх-вниз, вверх-вниз... И он ничего не сможет сделать, чтобы становить это, хотя, без сомнения, он будет очень стараться...
Адриан улыбнулся и покачал в восхищении головой:
- Вы действительно злой ублюдок, сэр.
Джон откинулся назад, заложив руки за голову, чтобы с удобством насладиться предстоящим шоу.
- Спасибо, Адриан. Это одна из самых приятных вещей, что мне когда-то говорили.
Он сиял от радости.
***
Крейг почувствовал удивительные ощущения у себя в заднице. Это было нежное покалывание, как от вибратора, но с куда более разрушительным эффектом. Мгновенно все мысли о сопротивлении исчезли, как призрак в темноте. Он знал, без тени сомнения, что он уже на пути к оргазму. Его член поднялся, словно был на верёвочке, Крейг почувствовал, как весь его пыл, собираясь в яйцах, готов выплеснуться наружу из его ноющего члена, и парень на самом деле дрожал от перспективы дурманящего экстаза. Его член стал твёрже, чем он когда-либо был, - но внезапно всё остановилось!
- Нет! - закричал Крейг, ударив по стене кулаками.
Призраки бросились назад, и он ещё раз убедился в бесчеловечности гадов за этой стеной. Он ненавидел их и всё, что было связано с этим чёртовым местом, более яростно, чем что-либо раньше. Его член в какой-то момент был на пороге полной эрекции, но затем снова начал расслабляться.
Затем то, что сдерживало его хуй, было удалено, и Крейг почувствовал, как его "дружок" начал падать. В этот момент парень пережил разочарование.
Он ждал, что что-то произойдёт, но наступила пауза с минуту или около того, так что парень начал постепенно расслабляться. Вероятно, сейчас за стеной получают собственное удовольствие и его скоро отпустят.
Но вдруг покалывания внутри начались с новой силой.
- Нет! - выкрикнул Крейг. - Я не буду работать на вас, развращённые идиоты!
Он закрыл глаза и постарался игнорировать поток электроэнергии через свою простату, однако это оказалось бесполезно. Несмотря на приложенные усилия, его член снова стал подниматься. Это было концом, на этот раз он знал, что собирается кончить. Его член продолжал расти, он подошёл вплотную к оргазму, так что долгожданный эякулят снова появился на горизонте, и на этот раз покалывание не собиралось останавливаться. Его хуй, жёсткий и твёрдый, словно железо, поднялся вверх в полную силу - стал твёрже, чем когда-либо...
И тут он закричал. Короткий, резкий, пронзительный шок от удара, больше, чем боль - вот что почувствовала головка, коснувшись чего-то, что находилось над ней, когда электричество прошло через неё. В ту же минуту все мысли об оргазме были развеяны, и член парня потерял свою силу... При этом покалывания в простате также остановились. Крейг орал от отчаяния, когда шок стих, а потребность в оргазме вернулась с прежней настойчивостью. Его член завис, наполовину опущенный, наполовину приподнятый, не зная, что делать дальше.
А затем покалывание началось снова. Полностью вне контроля хозяина, пенис Крейга вновь начал расти, и маршрут его был известен - прямиком к электроконтакту. Он напряг каждую унцию своего внимания, чтобы остановить его и сохранить расслабленным, но проклятый орган имел свой собственный разум. Член становился всё жёстче и жёстче и поднимался всё выше и выше, в то время как парень был плотно прижат к чёрной стене, не имея возможности двигаться, не в силах заставить себя кончить и не в состоянии остановить свою эрекцию, подобно чёртовой марионетке.
- Ааа! - закричал он. - Дерьмо!
Цикл повторился. Его член начал пятиться прочь от боли электрического удара, а Крейг невольно стал считать секунды: 18, 19, 20... 20!
Ток вновь начал стимулировать его предстательную железу. Он понял, без какой-либо тени сомнения, что процесс был автоматическим и что им удалось окончательно унизить его: этим ублюдкам даже не придётся ничего делать - теперь его собственная неконтролируемая реакция упростит его пытку. Если бы только ему удалось остановить свой растущий член до соприкосновения с контактом, притом чтобы покалывания внутри продолжались - тогда он смог бы кончить. Больше, чем что-либо другое в мире, он должен был кончить. Поэтому покалывание было единственным, о чём он способен был думать. Его мозг отказывался заниматься другими предметами. Он должен был кончить - это было неоспоримо. И его член отвечал на это, постоянно поднимаясь всё выше и выше, пока не касался этой проклятой чашечки, что делало эякуляцию недостижимой целью.
Каждые 35 секунд или около того, регулярно, как по часам, Крейг проходил через цикл, и это сводило его с ума. Не потому, что удары электричества на конце его плоти были так болезненны, хотя приятными их тоже было сложно назвать; это происходило из-за того, что они мешали его оргазму. Каждый раз он думал: "На этот раз я не собираюсь трогать..." - но, конечно, каждый раз он это делал.
Крейг подумал, что достиг самой вершины унижения, однако две вещи доказали, что это было не так.
Во-первых, они начали снова щекотать его яйца с разных сторон. Его член рванул прямо вверх и наткнулся на эту чёртову электрическую плиту. Но на этот раз пенис остался там
Он кричал от боли и разочарования, пока чёртовы перья щекотали и дразнили его яйца и верхушку бедра. Затем рука в резиновой перчатке схватила его за мошонку и начала, кокетливо поглаживая, играть с ней. К счастью, они играли с его шарами всего пару раз, после чего вновь доверили электронике производить пытки над телом парня.Вторым - и наиболее сильным - было унижение, когда дверь распахнулась и в неё вошли два человека с чашками чая.
Он сразу узнал человека в маске, но понятия не имел, кем был тот, другой парень. Они были одеты абсолютно одинаково - в кожаные джинсы, белые футболки и лыжные маски. Сквозь пелену перевозбуждения Крейг заметил, как они подтащили стулья ближе к нему и комфортно расположились в них, ведя разговор между глотками чая, как если бы Крейга вовсе не было в комнате.
- Так что вы думаете о моей идее? - спросил Джон.
Другой засмеялся:
- Это гениально. Он ничего не может сделать, чтобы избежать ударов тока. Мне также понравилось, когда вы играли с его шарами, - это Крейга очень взбесило.
Джон усмехнулся:
- Я придумал несколько нововведений. Мы обсудим их позже. Чёрт, а ты принёс какое-нибудь печенье?
- Нет. Извините, сэр. Сейчас пойду, принесу что-нибудь.
Крейг услышал, как человек вышел, и, как только за ним закрылась дверь, его член вновь коснулся пластины. Он был твёрдо намерен не издавать ни звука, но нежданный шок заставил его закричать:
- Дерьмо!
Его поражение в попытке немого бойкота повергло Крейга в ярость:
- Дерьмо, дерьмо, дерьмо! - он ударил по стене кулаком.
Затем он вдруг услышал свой собственный голос:
- О, пожалуйста, пожалуйста, дайте мне кончить! Я не могу выносить это больше! - его голос поднялся до визга, поскольку член вновь врезался в пластину и цикл повторился.
"Безумие!"
С него стекали капли пота, его короткий светлый ирокез прилип к голове, и всё его тело затрепетало, когда невидимый ему член в соседней комнате начал расти в который раз.
Дверь открылась, и второй человек появился на пороге, неся печенье. Крейг услышал треск вскрываемой упаковки.
- Вы слышали? - довольно жуя и прихлебывая чай, спросил Джон.
- Да, сэр; он, кажется, хочет кончить.
Джон кивнул.
- А что бы случилось, если бы мы просто оставили его там на неопределённое время?
- Ну, в конце концов ему бы пришлось выпустить свой пыл, но сделал бы он это, дотрагиваясь до электрода. Это было бы крайне экстремальное чувство, потому как в момент оргазма боль трансформируется в острое удовольствие. После этого стимулятор должен был бы сделать его член твёрдым почти сразу, и цикл начался бы сначала. Он мог бы, к примеру, иметь два или три оргазма, прежде чем его организм перестал бы отвечать. Хотя долгосрочное воздействие на его предстательную железу не было бы так эффективно.
- И как же долго мы на самом деле собираемся его оставлять здесь?
Джон подмигнул Адриану, а вслух сказал:
- Ну-у, отсоединим его после третьего оргазма.
Крейг застонал от страха, а потом закричал, когда цикл достиг своей крайней точки. Он вдруг понял, что его член находился на электроде каждый раз чуть дольше, чем в предыдущий и что он стал ещё чуть ближе к оргазму. Одна часть его разума хотела выключить эту вещь сейчас же, но другая кричала: "Было бы просто офигенно заставить меня кончить". Но что беспокоило Крейга ещё больше, так это недавно появившаяся третья часть его сознания, небольшая, но говорящая: "Да, заставьте меня страдать. Мучайте меня!".
***
- Вы и в самом деле собираетесь оставлять его связанным так долго, сэр?
Они вернулись в комнату управления.
- Нет, не переживайте. Я хочу, чтобы он кончил, и тогда мы отпустим его. Но я также хочу, чтобы у него был один оргазм, но такой, какой он будет помнить всю свою жизнь.
Адриан кивнул.
- Вы бы могли не отключать стимулятор, пока он не начнёт кончать, - предложил он.
Джон одобрительно улыбнулся.
- Хорошо. У вас изобретательный ум. Именно это я и собираюсь сделать.
Они посмотрели несколько циклов: неудержимый подъём члена Крейга, благодаря работе стимулятора предстательной железы, затем контакт головки с электродом, пауза, пока твёрдый пенис держится против боли, затем некоторое снижение, ещё одна пауза и повтор.
- Мне кажется, это займёт всего несколько циклов, прежде чем он сможет кончить. Но я собираюсь ему помочь. Возьмите стакан, чтобы собрать его сперму, и переключайтесь в режим видеонаблюдения. Запишем это.
Картинка пытки парня заполнила собой экран, когда Адриан включил монитор и зажал кнопку записи на видеомагнитофоне. Затем он поднёс к стене пластиковый стаканчик, готовый поймать сперму парня.
Джон поместил одну руку на ручке пульта дистанционного управления, предварительно отключив таймер, готовясь к увеличению силы тока, подаваемого на головку члена Крейга, а также блок управления стимулятором, и начал дразнить и щекотать уязвимые яйца парня, проводя кончиком пера вверх и вниз, попадая в складки по бокам мошонки. Он знал, что, продолжая щекотать Крейга, он подтолкнёт его к оргазму.
Член Крейга тут же взвился вверх в порыве максимальной эрекции. Он находился прямо против электрода, когда Джон начал медленно вращать ручку управления вверх. Он знал, что два потока электричества будут стремиться заставлять тело Крейга делать две разные вещи одновременно - стимулятор будет заставлять его кончить, а электрод причинит ему боль в наиболее чувствительном месте тела. Но он также знал, что парень уже давно и так много раз находился на пороге оргазма, что стимулятор простаты точно одержит верх.
Это он и сделал. Дожидаясь момента, пока произойдёт кульминация, Джон увидел, что член Крейга неожиданно стал ещё тверже, и сразу повернул контроллер до высшей точки. Секундная пауза, член Крейга задрожал, словно вулкан на грани катастрофического извержения, а затем с взрывной силой, что ошеломила их обоих, выпустил всё, что в нём накопилось. Джон повернул ручку управления до упора и вместе с Адрианом следил за всем происходящим с восхищением, пока горячая липкая жидкость вылетала с такой силой, что, ударяясь о дно стакана, расплёскивалась по сторонам. Джон подождал, пока интенсивность напора не начала угасать, а затем плавно повернул контрольную ручку вниз, пока полностью не обесточил аппарат.
Член парня начал опадать, и Адриан поймал последние капли спермы. Они сидели и смотрели на монитор. Крейг вяло болтался в своих ограничителях в бессознательном состоянии.
***
Цикл начался снова. Покалывание в заднице Крейга привело к восхождению члена парня к ненавистному электроду. Внезапно он затаил дыхание, почувствовав прикосновение пера на своих яйцах. Оно скользило вверх и вниз вдоль складок его мошонки. Грёбаные ублюдки! Он ничего не мог сделать, когда почувствовал, как его пенис растёт, и когда болевой шок пронзил его головку...
Но на этот раз покалывание внутри него не остановилось! Оно, наоборот, становилось всё сильнее! Это было шоком для члена! Крейг почувствовал приближение оргазма и начал молиться всем богам, что могли его слышать, чтобы не дать этим извращенцам остановить его снова. Вой поднялся к его горлу, так как боль в головке увеличилась, затем он перешёл в крик, поскольку интенсивность стимуляции простаты стала просто невыносимой. Он понял, что на этот раз они собрались заставить его кончить, но он также понял, каким путём они собираются это сделать.
Ток становился всё сильнее и сильнее, и боль на конце его члена стала просто мучительной, но он знал, что всё равно собирается кончить. Он ничего не мог с этим поделать - они контролировали каждый ответ его организма.
Он втянул носом воздух и вскрикнул, поскольку грань оргазма показалась бездонной пропастью перед ним. И тут произошло что-то несказанно волшебное.
Бесконечная мука на головке члена превратилась в неописуемый восторг точно такой же силы. В этот момент Крейгу показалось, что он испытал столь сильный экстаз, что ни один другой человек в мире не испытывал ничего подобного. Он инстинктивно задержал дыхание, и ему даже показалось, что сердце его на секунду остановилось, а затем... с силой, потрясшей разум, сперма ринулась вдоль семявыносящих протоков и вырвалось наружу в комнате за стеной. Он чувствовал каждое из этих событий так чётко и последовательно, и каждый мускул его молодого упругого, ныне связанного тела был напряжён так, что парень даже надорвал ремни, державшие его. Пока его сперма выходила из члена, он кричал, кричал и кричал, пока не сорвал голос. Та крохотная часть его сознания стала единственной частью, и он был готов провести остаток своей жизни связанным, беспомощным, под пытками этих извергов. Момент растянулся до предела, после чего, с последним криком невообразимого экстаза, Крейг потерял сознание.