Невысокая брюнетка, которая переходит через дорогу, это я. Милая внешность, клевая фигурка, кожаная куртка, черные джинсы и ботинки на удобном каблуке. Распущенные волосы развивает ветер, поднимая до плеч и снова опуская к талии. Минимум косметики, чтобы только подчеркнуть внешность. Я не люблю выделяться и никогда не любила. Хотя моя жизнь довольно насыщенна и в свои 23 года, я успела сменить кучу имиджей и шмоток. Но об этом чуть позже.
Я иду на работу, точнее опаздываю. Мои жизненные ресурсы, сейчас, почти на исходе. Я вымотана. Сегодня утром не услышала будильник, поэтому мне пришлось мчаться на другой конец города из дома, а не пройтись пару кварталов от офиса, чтобы попасть на место преступления. Ах да, я криминалист – патологоанатом из Нью – Йорка. Я не мечтала о данной профессии, просто, так получилось. С детства видела себя врачом, помогающим живым людям, но против судьбы не попрешь, по крайней мере, в моем случае. Хотя, сейчас, я уже не жалуюсь. Осознав, что так гораздо легче, я привыкла к одиночеству и моим ритму и стилю жизни. Да, я одинока и не имею ни малейшего шанса на личную жизнь. А еще, никогда не знаю, куда меня занесет и, что мне придется делать.
– Пять, четыре, три, два, один… – еще шаг, и я начну цепочку обратного отсчета. Так или иначе, мне придется это сделать. Глубокий вдох, выдох. – …я готова!
Есть три этапа в моей работе. Этап первый, приготовиться к неизбежному.
– Что тут у нас? – знакомая фраза, произнесенная, пожалуй, самым ненавистным для меня голосом. Хуже, только, чувак у которого я арендую квартиру.
Детектив Николсон, стоял в неизменно грязном плаще, злобно щуря в мою сторону свои красные глаза – щелочки, которые выдавали его вчерашний запой и отношение к миру, в целом.
– Дайте осмотреться! Я только прибыла! – нырнув под ленту, ограждающую место преступления, я спокойно миновала детектива и пошла к телу. Хотя, спокойно пройти мимо данного субъекта, стоило мне огромных усилий.
Знакомый холодок, по всей длине позвоночника, не предвещал ничего хорошего. Теперь, я точно знала, что под простыней лежит девушка и в ее убийстве, несомненно, был сексуальный аспект. А еще, у меня осталось чуть меньше четырех часов, чтобы узнать о ней все, что только возможно.
Этап второй, концентрация. Закрыв глаза, всего на несколько секунд, задерживаю дыхание, прислушиваюсь к собственному сердцебиению и пытаюсь успокоиться, делаю глубокий выдох и приступаю к работе. Эта очередность действий, применяется только в подобных случаях. В остальных, я просто делаю свою непосредственную работу, ведь там мне не придется применять свои способности, которые я так тщательно скрываю от остального мира.
– Следы на шее жертвы свидетельствуют о том, что ее душили. На затылке травма, от тупого предмета… время смерти… вчерашний вечер, от дести до полуночи. Остальное…
– Да… да… да… – прокаркал Николсон, стоя за моей спиной. – В курсе! И за что тебе только деньги платят?! – этот мудак доставал меня с самого первого дня работы. Он испытывал острую необходимость поддеть всех и каждого. Но со мной, он наслаждался, каждым мигом. Я поспешила убраться, не дожидаясь гадостей в свой адрес.
– Привет Рамирес! – милый парень, с которым я проработала больше года, улыбнулся, в ответ на мое приветствие. – Сегодня ты доставляешь?
– Да! У Фредериксона жена рожает! – каждый раз, при виде этого красавчика, я жалею, что моя жизнь такова, как есть. Высокий, красивый, умный, латиноамериканец. Не парень, а мечта.
– Эй! Сладкая парочка! – прохрипел Николсон. – Этой тушке, тут уже не место! А пофлиртовать, можете и у себя в «холодильнике»! – детектив сплюнул, грубо нарушив сразу несколько правил поведения на месте преступления.
– Я быстро! – покачав головой в сторону Николсона, Рамирес коротко улыбнулся мне и покатил носилки в сторону тела.
– Жду! – бросила я вслед парню и пошла к машине.
Мой мозг уже работал в нужном направлении. Я научилась переключать внимание, когда мне это было нужно. А сейчас, я должна была добраться до офиса и сосредоточиться на деле.
Тело доставили почти через час. Николсон никак не хотел отпускать Рамиреса. А я уже успела поседеть и обгрызть пару ногтей. Дело в том, что в моем положении время от первого столкновения с телом, до моей непосредственной работы, играет существенную роль.
Этап третий, домашнее задание. Не мешкая, я начала осмотр. Девушке пришлось не сладко. Ее хорошо избили, прежде чем нанесли решающий удар по голове. Но, она не умерла и, тогда, ее задушили. Порывшись в ее вещах, я нашла браслет из белого золота с именем Эллисон и коробку спичек «Мелладжио». Последняя принадлежала новому бару, располагавшемуся в выгодном месте, недалеко от центра.
– Саманта Робертсон? – незнакомый мужской голос заставил меня обернуться.
– Чем могу? – бросила я, продолжая работу.
– А, разве, Вы должны осматривать личные вещи? – передо мной стоял парень, лет двадцати пяти. Чуть выше меня, на самых моих высоких каблуках. Довольно милый. С добрыми карими глазами, в которых читалась способность мыслить. Мой оценивающий взгляд, заставил его слегка улыбнуться. – Не женат! – сказал он, криво усмехаясь и показывая ровные белые зубы.
– Не обольщайтесь, просто оцениваю! Мы раньше не встречались! Детектив?! – вопросительно глядя на него, я была уверенна в его ответе.
– Да! С сегодняшнего утра, новый напарник Николсона! – ответил парень, внимательно разглядывая меня.
– Ему повезло, как и большей части отделения. Чего не скажешь о Вас! – замечание вырвалось само – собой.
– Что так? – удивился гость.
– Ну… – я едва успела удержать себя. Обычно, я не говорю ничего лишнего. Я, вообще, мало говорю. Но с этим парнем, что – то было не так. – Вижу в Вас огромный потенциал! – отшутилась я, заставив его еще раз усмехнуться.
– Да ладно, я наслышан об этом Николсоне! Он получает лавры, а работают за него все остальные! – парень сказал это так небрежно, словно ему все равно.
– Хм! Так, чем я обязана, Вашему визиту? – обычно, в таких делах, как это, никто не успевал ко мне спуститься.
– Ну, я решил, что стоит проконсультироваться с Вами, прежде, чем нестись сломя голову по намеченным версиям. Ведь, все начинается отсюда! – он подошел ближе.
– Отсюда? – меня насторожила эта ситуация. Ведь он прав, именно отсюда, все обычно и начинается, только никто об этом не знает, кроме меня.
– Ну да! С тела и улик, оставленных на нем! – парень подошел к жертве. – Жаль ее! Такая молодая!
– Ее звали Эллисон! – снова вырвалось у меня. «Да что же это такое!».
– С чего Вы взяли? – детектив уставился на меня. – Вы знали ее?
– Нет! Нашла браслет в ее вещах! – ответила я, снова удивляясь своей разговорчивости.
– Ну, это еще не значит…
– Интуиция говорит, что значит! – перебила я.
– А она не ошибается? – парень озадаченно поднял бровь.
– Никогда! – и это было чистой правдой.
– Ладно! Проработаю, как одну из первых версий! – спокойно ответил он. – Что еще?
Мне нужно было от него отделаться, и как можно скорее. Единственным шансом, было ответить на все его вопросы. И я, так и сделала.
– Отлично! Я заберу вещи? – детектив уже подошел к лотку.
– Нет! Вещи доставляет один из наших! – остановила его я.
– Работаете по протоколу? – усмехнулся он.
– Правила, есть правила! – улыбнулась я.
– До встречи мисс Робертсон! – он, со своей фирменной усмешкой, кивнул мне головой и вышел. А я подошла к жертве.
– Во что ты меня втянешь Эллисон? – спросила я.
Внезапный жар, по всему телу, заставил меня взглянуть на часы. С момента первого столкновения прошло три часа пятьдесят одна минута. Оказывается, разговор с молодым детективом был длиннее, чем я думала. Еще немного, и он бы застал меня, как я могла так лажануться. Кончики пальцев, словно пронзила сотня невидимых тоненьких игл.
– Сэм? – послышался голос Рамиреса из коридора.
– Эта «сладкая задница» в глубокой жопе! – а это был Николсон, так же в коридоре.
Тело меня уже почти не слушалось, но мне нужно было еще около тридцати секунд. Делать было нечего. Содрогаясь я подошла к свободному холодильнику и залезла внутрь. Едва дверца захлопнулась, я отключилась.
Пришла в себя я стоя в дорогущей ванной комнате. В моих руках был алый блеск для губ. Я подняла глаза и посмотрела в зеркало, висящее над раковиной, прямо напротив. Оттуда на меня смотрела рыжая красавица, с зелеными миндалевидными очень грустными глазами.
Вот тут и начинается моя работа. Мое призвание. Моя судьба. Мой рок. Одна из страниц моей жизни
Мой дар… вернуться в прошлое, в теле жертвы, чтобы понять, где она совершила роковую ошибку и исправить ее.Оказаться в чужом теле, это как попасть в пустыню на каблуках и в купальнике, не имея карты и не зная языка аборигенов. Приходится учиться и приспосабливаться. Поэтому так важны первые часы. Только они дают мне возможность подготовиться к ситуации, в которой я окажусь.
Зрение у меня – Эллисон, вроде ничего. Тело, просто отменное. Обтягивающее темно – синее, слишком короткое на мой взгляд платье, идеально очерчивает фигуру. Лифчика нет, да с такими параметрами он и не к чему. «Стоп, кажется, трусиков она тоже не носит! Ах нет, какие – то есть… полосочки и кусочек чего – то прозрачного!». Задрав подол, я оглядела бедра и плоский животик. Гладенький лобок едва прикрыт. На запястье висит знакомый браслет из белого золота, а на безымянном пальце кольцо. «Эллисон помолвлена!». Дверь распахнулась, и я едва успела опустить юбку.
– Привет! – в уборную зашел мужчина в смокинге. Весь его вид говорил о том, что он хозяин своей жизни. А, возможно, и не только своей.
– Привет! – осторожно ответила я.
– Мне нравится, когда ты красишь губки! – он закрыл дверь и повернул защелку.
– Да? – улыбнулась я.
– Сама знаешь! Накрась их для меня! – похотливым шепотом произнес он и встал у меня за спиной.
Кодовые фразы. Так я называю одну из моих возможностей. Услышав, какую – то знакомую фразу, я получаю ассоциации владелицы тела и связанное с ними прошлое.
Я четко увидела дешевую гримерку, с надписью «Мелладжио» над дверью. Рыжая красотка, смотрится в зеркало, из – под тяжелого слоя косметики. Так же позади нее, стоит этот мужчина. Он одет в дорогой вульгарный костюм и опирается раками о спинку ее стула. «Накрась их для меня!», говорит он. Эллисон улыбается и принимается выполнять просьбу. Значит, я знаю этого человека. И предполагаю, кем была Эллисон.
Вернувшись в реальность, я улыбнулась, как она, смочила кисточку в блеске и поднесла к губам. Незнакомец за моей спиной, приоткрыв рот, наблюдал за малейшим моим движением.
– Еще разок! – скомандовал он, придвигаясь вплотную ко мне.
– Если ты настаиваешь?! – ответила я, увидев еще одну ассоциацию, уже из другого места.
– Сучка! Я так хочу тебя! – его руки сжали мои бедра. – Ты одела ИХ? – подол медленно пополз вверх.
– Они мои любимые! – ответила я. У Эллисон ужасный вкус. Эти трусики, действительно, были ее любимыми.
– Мне так нравится, что я могу обладать тобой, а этот жирдяй, так ничего и не узнает! – тихо рассмеялся мужчина. Юбка уже была у моей талии. – Обопрись руками! – незнакомец, не отпуская моих бедер, сделал несколько шагов назад, заставляя меня сделать то же самое и этим отставить оголенную попку. – Молочная кожа! Как я люблю такую кожу! – он стал гладить мои ягодицы. – Вижу, ты больше не сопротивляешься?! – мужчина шлепнул меня. – Плохая девочка!
Перед глазами возникла другая картина. Эллисон стоит в комнате с шикарной обстановкой, абсолютно голая. Незнакомец говорит ту же фразу и шлепает ее. Тут же сидят несколько мужчин.
– Сколько дадите за нее? – спрашивает незнакомец.
– Пять! – угрюмо отвечает пожилой араб.
Картинка меняется. Эллисон возле бассейна в красивом купальнике. Фраза и шлепок повторяются. В воде с десяток парней.
– Двадцать штук и она Ваша на весь вечер! – говорит незнакомец. Парни дружно хохочут и соглашаются.
Еще одна картинка. Теперь незнакомец приказывает не сопротивляться, а Эллисон пытается его оттолкнуть.
– Я не хочу! – кричит она.
– Не сопротивляйся! Он ничего не узнает! – говорит незнакомец.
И тут я вижу новую картину. Эллисон знакомится с невысоким, довольно упитанным лысоватым мужчиной, чем – то похожим на моего незнакомца. Она улыбается ему, а он ей. А дальше помолвка.
– Эллисон согласилась стать моей женой! – говорит он и надевает ей кольцо.
Я чувствую, как полоски трусиков спускаются по моим бедрам. Возвращаюсь в реальность. Спустив кружево и резинку до колен, мужчина поднимается кончиками пальцев к моей попке.
– Скажи, что хочешь меня! – говорит он.
– Ты же знаешь, что это не так! – выдаю нужный ответ.
– Тогда соври, тварь! – рычит он.
– Я хочу тебя! – выдыхаю так же сексуально, как это делала обладательница данного тела.
– Не волнуйся! Твоя вновь восстановленная девственность достанется жениху, я не стану портить ее! Но твоя задница, принадлежит мне! И я хочу, чтобы ты это хорошо помнила! – он плюнул на пальцы и стал массировать колечко моего ануса. Вжикнула молния, послышалось шуршание одежды и к смазанной дырочке прикоснулась головка. – Почему ты становишься послушной, только когда я обращаюсь с тобой, как со шлюхой?!
– Потому что я шлюха! – вспоминая очередную порцию событий отвечаю я.
– Чья ты шлюха? – хрипит незнакомец.
– Твоя шлюха! – с надрывом отвечаю я, вспоминая все те моменты, когда он доставал из Эллисон подобные признания.
– Чем докажешь? – его головка трется о колечко, слегка надавливая, заставляя ждать и бояться.
– Трахни меня! – умоляю я, полу – шепотом. – Трахни меня! – томно смотрю на него в зеркало, расставляю ножки, на сколько позволяют трусики. «Господи! Это тело все течет!». По внутренней стороне бедер стекают дорожки. Рука незнакомца ложится на промежность, теребит клитор, пальцы проникают между губок. Его противные и грубые прикосновения возбуждают тело еще сильнее.
– Вот, лучшее доказательство! Ты вся течешь, как сучка перед случкой! – рука возвращается на мое бедро, головка упирается в анус. – Блядь! – шипит незнакомец и член на всю длину проскальзывает в попку. – Блядь! Блядь! Блядь! – продолжает шипеть он, при каждом движении.
Мне почти не больно, просто дискомфортно. Это не первый анальный секс в моей жизни. И я смело могу сказать, что эта попка повидала очень много членов. И данный член, не самый большой из них. Прогнувшись в спине, я, приоткрыв рот, сексуально, завораживающе, смотрю на незнакомца, долбящего мою попку. Его яйца шлепают меня по половым губкам, создавая хлюпающие хлопки. Он придвигается ближе. Его правая рука хватает меня за подбородок, а большой палец, гуляет по моим губам, размазывая блеск по коже вокруг.
– Блядь! Я так хочу, чтобы он видел тебя сейчас! Как ты извиваешься! Как ты просишь меня! Как я трахаю тебя! – незнакомец остановился. Член выскользнул, его рука отпустила мой подбородок. В анус вошел палец. Он стал имитировать движения члена, входя на всю длину и выходя почти полностью. С минуту, незнакомец развлекался. – Попроси меня! – приказал он.
– Пожалуйста! – извращенная игра продолжалась.
– Пожалуйста, что? – спросил мужчина.
– Оттрахай мою попку! – простонала я.
– В твоем случае, это должно не так звучать! – прохрипел он.
– Выеби меня в жопу! – прохрипела я, так как свободная рука незнакомца сильно сдавила мое горло, в то время как в попу вошел еще один палец и, вместе с первым, сал с силой растягивать колечко.
– Когда вся эта ерунда закончится, я пущу тебя по рукам! Твоим телом будут наслаждаться все, от прыщавых юнцов, до старых маразматиков! Тебя будут трахать во все твои дырки! Посмотри на себя! Ты жалкая дрянь! Дрянь, которую никто не хочет в жены! Только один идиот решился и то, потому что почти не знает тебя! Зато все хотят твое блядски сексуальное тело. Твою истекающую пизденку! – один из пальцев прошелся между губок. – Твою жопу, готовую принять кого угодно и когда угодно! – в анус вошло еще два пальца, которые присоединились к растягиванию. – И твой рот! Рот, который столько всего перепробовал… – пальцы покинули попку и я с облегчением выдохнула. Но их место сразу же занял член, вонзившийся, внезапно и глубоко. – Попробуй себя вот так! – рука незнакомца снова обхватила подбородок и его большой палец проник мне в рот.
Мне стало противно. На сколько богатой была моя сексуальная жизнь, но такого со мной еще не делали. Зато Эллисон, переживала такое не раз. С ней, бывало и похуже.
– Ммм! – застонала я, понимая, что придется терпеть и играть роль. Хотя, телу эта экзекуция не мешала. Оно послушно принимало и наслаждалось.
– Твоя жопа будет ныть! Я уже знаю, какую игрушку туда засуну, как только… – он замолчал и стал ускоряться. Движения были короткими и резкими. Он готовился кончить.
Тело блядски подавалось ему, подстраивалось, радовалось. Никогда прежде, я не чувствовала такого. Предверие дикого оргазма зарождалось в каждой частичке, каждой клеточке. Судороги, разряды, конвульсии, волнами разлетались от низа живота до пальчиков ног и до макушки. Незнакомец с силой зажал мой рот и стал кончать. Анус сжался вокруг его члена, так сильно, что я чувствовала каждую его пульсацию.
– Смотри… на меня… блядь! – рычал он. Его вид, выказывал его силу и власть над Эллисон
– Завтра, когда он будет ломать твою целку, думай об этом моменте! Ты, всего лишь жалкая попытка обмана, как и твоя восстановленная невинность! Ты моя вещь! И принадлежишь только мне! – незнакомец резко отпустил меня. Он привел себя в порядок, даже не глядя в мою сторону, вроде меня тут совсем нет. А потом вышел, закрыв за собой дверь.Я подошла и повернула защелку. Оказывается, Элиссон та еще штучка. Я была в самых разных телах, но ни разу не была в таком дерьме. Это тело было странным с самого начала. Я это почувствовала, еще, когда открыла глаза. Оно было более восприимчивым и податливым. Обычно, тело не пускает, и мне приходится преодолеть некий барьер, прежде чем я получу контроль над «управлением». А, иногда, пару часов я иду на автопилоте. Сейчас же, я получила полный доступ ко всему, почти сразу. Воспоминания, роились в моем мозгу, словно кусочки фильма, загружаемые в компьютер. И до полной загрузки, оставалось совсем немного. Одно было ясно точно. Этот незнакомец был ключевой фигурой в жизни Эллисон. Он проник на столько глубоко, что ассоциировался почти со всем ее воспоминаниями и контролировал ее тело, даже лучше чем я.
– Элли?! Детка?! Ты тут? – это был жених несчастной. Или несчастный жених, потерпевшей.
– Да милый! Я выйду через минуту! – только сотру следы спермы и отмою блеск, размазанный по всему лицу.
– Мы ждем тебя в зале! Эдисон сказал, что тебе плохо! – не унимался толстяк.
– Да! Но не волнуйся, это просто нервы! Я… я скоро выйду! – внезапно, по щекам потекли слезы.
– Может, тебе что – то нужно? Впусти меня! – его голос был таким заботливым.
– Спускайся к маме! Я сейчас приду, обещаю! – Эллисон плакала. Я точно знала, что это было ее тело и ее эмоции.
– Хорошо мой медовый зайчик! Мы очень ждем тебя! – пролепетал жених и ушел.
Понадобилось пару минут, чтобы прийти в себя. Я поправила макияж, слава кому – то там, тут оказалась сумочка Эллисон, а в ней необходимый минимальный набор косметики. Оглядев себя со всех сторон, я вышла. Тело вело меня, куда мне было нужно. Оно словно читало мои мысли и беспрекословно шло. Что же этот ублюдок Эдисон сотворил с девушкой, что она стала его марионеткой? На сколько сильно он сумел ее сломать, что она стала безвольной куклой?
В зале было немного народу. Родственники и близкие друзья. Есть недостаток с воспоминаниями. Они загружаются и исчезают, после просмотра. Запомнить удается только самых «главных героев», с которыми придется общаться.
– Ох, а вот и наша девочка! – миловидная женщина, с натянутой улыбкой, отпустила руку жениха и направилась ко мне. – Где ты была? – прошипела она мне на ухо. – Если узнаю, что ты изменяешь моему сыну, сотру тебя с лица земли, тварь! – добавила она и, поцеловав меня в щеку, отошла в сторону. Тело вздрогнуло. Оно было на пределе.
– Милая! – облегченно выдохнул толстяк.
– Конрад! Все хорошо! Правда! – устало ответила я.
– Ты бледная – прибледная! Мне это не нравится! Может врача? – он так смотрел на меня, что я, невольно, улыбнулась. А потом тело взяло контроль.
– Я люблю тебя! – вырвалось, само собой, по телу пошли мурашки и я поцеловала толстяка. «Е мое! Да она же любит его!».
Вечер прошел довольно скучно. Все болтали о какой – то чуши. А я стояла с неизменным бокалом шампанского, стараясь почти не притрагиваться к нему. Конрад не уставал расхваливать свою невесту, заставляя меня разрываться между эмоциями Эллисон, моими собственными эмоциями и реакциями тела.
У меня было несколько страхов, по поводу путешествий и, теперь, я была готова добавить к ним еще один. Никогда больше не хочу попадать в подобное тело. Все воспоминания были загружены и просмотрены. Я могла выудить любое из них, в нужный для меня момент, но не хотела этого делать. Я видела, как Эдисон жестоко избивал Эллисон и других девушек в ее присутствии. Как он, не раз, насиловал ее. Как он наблюдал, как ее насилуют и давал рекомендации насильникам. Как он дарил ей подарки, а потом заставлял отрабатывать. Как он выделывал самые мерзкие штуки с ее телом. Мне все больше хотелось отомстить ему. И к концу вечера, я поняла, что Эллисон тоже была близка к этому. Просто не успела. Или поплатилась за попытку. Кроме того, эта скотина была братом жениха и охотилась за его деньгами.
Утро в огромной спальне, что может быть лучше?! Утро без Эдисона, пробравшегося тайком, в эту самую спальню.
– Что ты тут делаешь? – спросила я, прикрываясь простыней.
– Я видел тебя всю! Хотя, ты отлично играешь свою роль! Даже лучше
, чем я предполагал! – он сел на край кровати. – Давай – ка, быстренько отсоси, а то опоздаешь на свадьбу! – негодяй расстегнул штаны.
– Не сегодня! – ответила я. Пора этому телу показать, что оно способно сопротивляться.
– Что? – Эдисон смотрел на меня, словно я сказала какую – то глупость.
– Ты хочешь, чтобы я хорошо сыграла роль? – я встала и отошла немного.
– Когда ты снова откроешь свой рот, я хочу, чтобы это было возле моего члена и для того, чтобы принять его! Желательно, до самой глотки… ну… как ты умеешь! – он щелкнул пальцами и указал на стоящий колом предмет.
– Конраду не шлюха нужна, а невинная девочка! Как скажи на милость, я сыграю это, если буду истекать? – я пыталась правильно подобрать слова.
– Ты что совсем охренела? Ты знаешь, что я сейчас сделаю? – Эдисон начал свирепеть.
– Накажешь меня потом, ладно? Пожалуйста! Отрахаешь мою пизденку! Засунешь в нее и в анус свои любимые игрушки. Устроим все, как тогда… два вибратора и твой член в глотке. Ты будешь терзать меня. Свяжешь. А потом пустишь по рукам, когда я буду молить тебя, дать мне кончить. Пятеро незнакомцев будут иметь меня, а ты наблюдать и командовать…
– Какая же ты шлюха! – Эдисон встал и подошел ко мне. – Не забывай, это всего лишь игра! Настоящая ты, моего брата не заинтересуешь! – он несильно ударил меня по лицу и ушел выдав на прощание коронное слово «блядь».
Через пол часа принесли завтрак. Пришли парикмахер и две девушки для помощи с платьем. На меня надели дизайнерское белье и зашнуровали самый тугой в мире корсет. Эллисон была просто красавицей. А еще, на ней был тот самый макияж, с которым ее нашли. А значит, ее смерть уже не за горами. К моменту смерти она уже не была девственницей, так что брачная ночь состоится. У меня тут же возникла куча вопросов. Главный из них был неизменным. Что будет, если я не спасу ее? Все предыдущие разы, я улаживала вопрос. Что будет, если я буду в теле жертвы, и она умрет? Умру ли я? Вернусь еще раз? Просто потеряю дар? Что, если я поменяю события, сделав неверный шаг?
– Пора! – одна из девушек, заставила меня прийти в себя.
Тошнота подкатила к самому горлу. И тут я посмотрела на себя в зеркало. Эллисон была так хороша, что любой захотел бы на ней жениться. Она была, как принцесса из сказки. И у меня появился план, который был одобрен телом, так как оно отреагировало на него абсолютной решимостью.
К алтарю меня вел Эдисон. Он говорил всякие гадости, но я не слушала. Точнее тело не слушало его. Стоило глазам увидеть Конрада, этого упитанного, розовощекого карлсона, как тело моментально среагировало на него, сметая все многолетние усилия Эдисона, подчинить его себе. Священник говорил, а Конрад смотрел мне в глаза. Это была не первая свадьба, но такого любящего взгляда, я еще не видела. Этот мужчина был готов на все, ради этой девочки. Он боготворил ее. На вопрос «согласны ли Вы?... », оба ответили незамедлительно. Переживая этот момент, я почти забыла про все дерьмо, которое вело к этому событию.
Дальше был банкет. По традиции, молодожены, должны были провести первую ночь в родовом доме. «Уж лучше бы они укатили куда – нибудь!». Мы танцевали и радовались. Конрад шептал всякие нежные глупости. Он вел себя, как впервые влюбившийся мальчишка.
И вот, наступил момент, когда под всеобщие возгласы, мы пошли наверх.
– Я не мастер в таких делах, но я качался! – смущенно сказал муж, перед дверью в спальню. – Попробуем? – Конрад, с решительной улыбкой, посмотрел мне в глаза. А я, улыбаясь, одобрительно закивала в ответ. Он подошел ближе и поднял меня на руки. – Кажется, я забыл открыть дверь! – кряхтя, произнес он.
– Повернись немного! – спокойно сказала я. Он сделал, как я попросила и мне удалось повернуть ручку и толкнуть дверь. – Готово!
– Я люблю тебя Эллисон! – прошептал он и перешагнул через порог.
– Я люблю тебя Конрад! – ответила я, едва ступила на пол и оказалась лицом к мужу.
Он закрыл дверь. Повернул защелку и медленно подошел ко мне.
– Я не знаю, как ты хочешь сделать это! У меня уже были женщины… а у тебя никого не было… Если ты стесняешься, можно выключить свет! Но я… хотел бы видеть тебя… – его голос немного дрожал. – У меня никогда не было такой красавицы, как ты!
– Я не против, если это будет со светом… – смущение, робость, новизна
Этот мужчина заставлял Эллисон содрогаться, но не от страха, а от счастья.Конрад снял пиджак и подошел ко мне.
– Сначала фата! – он поставил передо мной стул, и я села. Его пальцы довольно ловко вытащили все шпильки и распустили мои волосы. – Теперь… платье… – он подал руку, и я встала. Мы подошли ближе к кровати, Конрад встал позади меня и начал расшнуровывать корсет. Он это делал неспешно и методично. Когда же со шнуровкой было покончено, муж расстегнул молнию платья. – Придержи его! – попросил он. Я прижала корсет ладонями к груди, ожидая пока Конрад займет желаемую позицию. – Отпускай, медленно… – платье поползло вниз, открывая тело, затянутое в дорогущее белое белье из тончайшего шелка и кружева. Наконец, платье упало к моим ногам. – Какая же ты!.... – этот странный мужчина восхищенно смотрел на меня, не отрывая взгляда. По телу приятно пробежали мурашки. – Хочешь раздеть меня?
– Да! – выдохнула я. С ним было легко. К тому же, мне не приходилось делать усилий, тело хотело этого само.
Я сделала два робких шага и оказалась совсем рядом. Пальцы неспешно расстегнули все пуговицы на рубашке. Потом пояс, пуговицу и молнию на штанах. Конрад скинул туфли и, неуклюже, выбрался из штанин. Его белоснежные семейники натянулись, очерчивая вставший член.
– Идем! – он взял меня за руку и подвел к кровати. – Ты самое дорогое, что есть у меня. Я готов отказаться от всего, только чтобы ты была рядом. Всегда! – его губы нежно коснулись моих и тело растаяло окончательно. Он еще раз, восхищенно, посмотрел на меня. – Давай – ка освободим эту красоту! – муж, по очереди, поцеловал мои груди, через ткань и его теплые руки, занялись тонким шнуром на кружевном бюстике. – Придется мне тебя, как – нибудь, связать, раз ты так любишь шнуровки! – рассмеялся он и потянул шнурок, раскрывая бюстье полностью. Отбросив его в сторону, Конрад стал любоваться открывшимся видом. Маленькие набухшие сосочки возвышались над крупными ореолами, того же цвета. – Интересное сочетание! – улыбнулся он и, положив руки мне на талию, по очереди прихватил губами каждый сосок. Его руки плотнее прижимаясь к коже, прошлись вверх. Подхватили мои груди и, слегка, сжали их. – До чего же ты хороша! – опустившись на колени, он прошелся ладонями по чулкам, от щиколоток вверх, к коленям, по бедрам, сжал попку. Потом уткнулся лицом в низ моего живота и стал покрывать поцелуями лобок. – Хочу попробовать твой вкус! – прошептал он и стал отстегивать чулки. Расправившись с этой частью, взялся за края трусиков и потянул их. Низ живота, гладенький лобок, попка, бедра, и вот, трусики, вместе с поясом, лежат у моих ног. – Ложись! – прошептал мужчина. – Дальше! Еще! – он командовал, пока я не легла так, чтобы ноги в согнутом состоянии стояли на матраце. Тогда Конрад подошел и снял по очереди мои туфли на шпильках. Покрывая поцелуями ножки от ступни до края резинки чулка, он поднимался вверх, а потом спускал прозрачный шелк, оставляя меня полностью обнаженной.
Он смотрел на меня завороженный, а я ощущала, как по всему телу пробегают мурашки, как оно хочет, чтобы его нежно брали, как оно реагирует на взгляд и голос этого мужчины. Наконец, Конрад снял с себя трусы. Я видела члены и по больше, но его член смотрелся очень возбуждающе.
– Раздвинь ножки! – немного смущенно произнес муж и сделал шаг ко мне.
Я послушно расставила ноги, которые странным образом подрагивали, вроде это тело, действительно еще никто не трогал. Конрад опустился у меня между бедер, подхватил руками под попку и впился губами в киску. Его движения были не умелыми, но искренними. Он честно изучал реакцию тела, на прикосновение его языка и покусывания. А я чувствовала, как растекается пятно под попкой, от соков, стекающих по промежности вниз.
– Ты так сильно хочешь меня? – удивился он.
– Хочу! – нежный шепот с моей стороны, по инициативе тела.
Конрад поднялся к моему лицу и поцеловал меня в губы. Сок Эллисон был приятным на вкус.
– Ты очень – очень сладкая! – прошептал он. – Ты готова?
– Да! – я расставила ноги шире.
Он лежал, опираясь на локти и стараясь не давить на меня своим весом.
– Тебе не тяжело? – на его лице было озадаченное беспокойство.
– Нет! Все хорошо! – самое сложное, вжиться в роль, в самый ответственный момент.
Его член потерся о губки, и головка скользнула в нужном направлении. Она раскрыла вход и потихоньку вошла.
– Я люблю тебя! – муж чуть подался назад и резко вперед. Я вскрикнула, от непонятного ощущения. Боли, как таковой не было. – Уже все! – радостно прошептал Конрад и поцеловал меня.
Я пережила лишение девственности несколько раз, это оказалось самым безобидным и нежным.
Конрад медленно двигался внутри. Тело сжималось, чтобы скрыть свою опытность, и он, так и не догадался. Его нежные слова, его ласки, даже его обстоятельная учтивость, все это делало первую ночь незабываемой. Было видно, как он старается. Как пытается доставить большее удовольствие Эллисон, чем самому себе. Его движения все ускорялись. Он смотрел мне в глаза, а я улыбалась ему, отвечая взаимностью на все его действия, и уверенно приближаясь к оргазму.
– Сейчас я кончу в тебя, первый из многих – многих раз! – предупредил он, поцеловал меня и стал содрогаться. И я пришла к финишу, вместе с ним.
Мы лежали в обнимку на окровавленной простыни, довольные и счастливые. Конрад ласкал мою промежность, окунал пальцы в смесь соков, крови и спермы, и рисовал узоры на моем животе. Он говорил о том, как сильно хочет детей, как любит меня и какие у него на нас планы. Время шло. А я думала, как же повезло этой девушке. И искренне надеялась, что мой план сработает. За окном раздались взрывы и свист.
– Десять часов! – прошептал он. – Пойдем! Это фейерверк! – мы завернулись в одну простынь и подошли к окну. В небе были тысячи разноцветных огоньков. – Как ты любишь! – прошептал Конрад.
– Да! Спасибо! – я развернулась и бросилась ему на шею. Как бы я ни хотела, раскрыть все карты сразу, но, сейчас, этого точно нельзя было делать. Нельзя было рушить их с Эллисон момент счастья и единства.
Мы легли спать. Мужчина рядом со мной мирно похрапывал, а я не могла сомкнуть глаз. Мой мозг пытался собрать все кусочки воедино и понять, что же делать дальше. В памяти четко звучала фраза Эдисона о 48 часах. Значит, убийство произойдет завтра вечером, если ничего не изменится, к тому времени.
Меня разбудил голос Конрада и запах свежей выпечки.
– Я принес тебе покушать! – пропел он, наклоняясь надо мной. – Доброе утро!
– Доброе утро! – я потянулась, улыбаясь.
Странным образом, я высыпаюсь лучше во время своих путешествий, даже если сплю на полу, чем дома в собственной кровати.
– Как спалось? – он потянулся с поцелуем.
– Хорошо! – я чмокнула его у губы. – А тебе? – после этих моих слов, он закрыл глаза и довольно улыбнулся.
– Позавтракаем миссис Конрад Стюард? – мужчина загадочно прищурился и пошел за подносом.
– Конрад! Я должна тебе кое – что рассказать! – вот сейчас, с начала волноваться. И это была именно я.
Попросив мужа сесть, я, вкратце, изложила события. Его лицо менялось несколько раз. Но, в целом, он все воспринял спокойно. Конрад не задал ни одного вопроса, пока я говорила. Он мужественно слушал, иногда глядя в мои глаза. Я знала, что его сердце, скорее всего разобьется, но надеялась, что его любви хватит для прощения.
– Почему ты мне рассказала все это? – серьезно спросил он, так и не двигаясь с места.
– Потому что вчера я поняла, что мои чувства к тебе, это совсем не жалость! – тело было на грани истерики. Я ощущала столько всего, что мне самой хотелось плакать.
– Ты любишь меня? – взгляд Конрада был умоляющим и потерянным.
– Да, люблю! И я приму любое твое решение! Сделаю, все, как ты скажешь! – в глазах стояли слезы.
– Ну, я точно знаю, что нужно делать! Вопрос только один! Ты хочешь остаться со мной? – милый толстяк. «Неужели есть такие мужчины, которым наплевать на все, кроме любимого человека?»
– Хочу! – Эллисон этого точно хочет.
– Тогда, нам нужно позавтракать и действовать! – улыбнулся муж.
– Позавтракать? – удивилась я. «В такой момент?».
– Да! Серьезные решения нельзя принимать на пустой желудок! – еще шире улыбнулся Конрад.
– И тебе не важно, что у меня было в прошлом? – я не могла поверить в происходящее.
– Не важно! Это было до меня! Наша с тобой жизнь началась только что! С прошлой ночи! С этого утра! – он протянул мне тост и чай.
Я ждала знаков, что, теперь, меня вернут обратно, но этого так и не произошло. Следовательно, угроза еще реальна. Мы договорились, что я подпишу брачный контракт, отказываясь от любых претензий на деньги и имущество. Но адвокат был в отъезде. Он обещал, что заедет сегодня, ближе к вечеру
В обед собрались друзья и родственники, чтобы отпраздновать с нами первый день нашей совместной жизни и доесть еду, как я полагаю. Богатые ничуть не лучше бедных. У них те же самые привычки, только запросы по выше. Их пиво – шампанское, а снеки – канапе с красной и черной икрой, вот и все отличия.
Я старалась держаться ближе к Конраду, а Эдисон все крутился рядом, стараясь улучить момент. И это ему удалось. Ближе к вечеру, он схватил меня за руку и утащил в кабинет.
– Что ты творишь! – зашипел он.
– Ты о чем? – изображая непонимание спросила я.
– О чем! О чем? Ты трешься около жирдяя, в то время, как должна заботиться о денежках! К тому же, я слышал, что он позвал адвоката! Ты не знаешь зачем? – Эдисон больно сжал мое предплечье.
– Понятия не имею! – вырываясь, крикнула я.
– А я думаю, имеешь! Ты пожалела его и проговорилась! Считаешь, я не заметил, перемен в тебе? – дело стало обретать иной характер. Эдисон был на взводе, а это означало, что он способен на все, что угодно.
– Оставь ее в покое! – в дверях показался Конрад. – Убери от нее свои руки!
– О чем ты братец? – Эдисон, все еще удерживая меня, мило скалился в сторону брата.
– Мальчики! Что тут происходит?! – протолкнув Конрада вперед, в кабинет зашла мать семейства, Джоселин. – Вас слышно на весь коридор. – закрыв дверь сказала она. – Думаете, стоит показывать гостям Ваши разногласия?
– Прости мама! – виновато сказал Конрад. – Нам с Эдисоном… – он не договорил.
– Нет! – я поняла, что произойдет слишком поздно. Мать Конрада уже оглушила его. Конрад упал, без чувств.
– Ну что ты, как мямля! Решай уже вопрос! – обратилась она к Эдисону.
– Он же Ваш сын?! – я старалась тянуть время. На самом деле, меня эта ситуация не сильно удивила, я видала и по хуже. Но элемент неожиданности был.
– Сын, который владеет всем состоянием? Я не могу позволить себе потратить деньги не спросив его! Тебе он дал больше воли, чем мне! ТЕБЕ, дешевой проститутке! – женщина не стеснялась ни в выражениях, ни в громкости.
– Подпиши это! – Эдисон дернул меня в сторону стола. На нем лежала какая – то бумага. Я, вскользь глянула на содержимое документа.
– Что это? – мне нужно было больше пространства и времени.
– Это твое согласие, пожертвовать все свои деньги в мой фонд! – оскалился Эдисон.
– Что? – все это имело смысл, только если Конрад умрет. Значит, они решили его убить.
– Ты убила моего младшего сына! – Джоселин расплакалась.
– Что Вы… – актриса она, отменная.
– Подписывай! – Эдисон встряхнул меня, заставляя сесть, но я стала сопротивляться. Тогда он с силой ударил меня по лицу, а потом швырнул на пол.
– Давай сынок! Пусть получит, что заслужила! – мать семейства подошла ко мне и пнула ногой в живот. – Эта шлюха заслуживает именно такого обслуживания! – она схватила меня за волосы и потащила к столу. Привкус крови во рту и боль во всем теле заставили меня взять себя в руки. – Ты подпишешь это! – она взглянула на Эдисона и тот, перехватив, заставил меня подняться. – На всякий случай! – Джоселин вытерла статуэтку, которой ударила собственного сына и подошла к нам. – Это ты сделала! – мою руку разжали и заставили обхватить ею ножку статуэтки. Я знала, что будет дальше. На таком расстоянии мне с ними было не справиться, и я прибегла к классической женской хитрости. Сделала вид, что теряю сознание. Мне пришлось упасть со стула, но это было лучше, чем оказаться в переулке с дырой в голове и передавленной трахеей. Эдисон отшвырнул стул и подошел ко мне.
– Ну что еще?! – нетерпеливо произнесла его мать. – Забери у нее статуэтку и заставь подписать чертову бумагу! А потом деточка! – она уже обратилась ко мне. – Твое жалкое тело окажется в притоне, где ему и место!
– Не на ту нарвались! – прошептала я, собираясь с силами.
– Что переспросил Конрад? – пытаясь расслышать мои слова, он наклонился.
– Не на ту нарвались! – громко повторила я и ударила его коленом между ног, а следом огрела статуэткой по голове.
– Ах ты тварь! – завопила Джоселин и ринулась ко мне.
Я не успела подняться до конца, она схватила меня за волосы и хотела ударить головой о стол, но ее тело дернулось, и она разжала руки, рухнув рядом со мной. За ее спиной стоял Конрад. На его белоснежной рубашке была кровь, от раны на затылке. А в руке был зажат его единственный приз за достижения в спорте, который стоял на видном месте в кабинете и являлся всеобщей гордостью семейства.
– Все хорошо детка! – сказал он, и устало опустился на колени. Я подползла к нему. – Нужно вызвать полицию!
– С тобой все хорошо? – забыв о собственной боли, я стала осматривать его голову. – Пара швов и много льда! – радостно засмеялась я.
– Подумать только! Собственная мать! – по его щекам потекли слезы.
– Могло быть и хуже! – пытаясь утешить его сказала я, но подумала, что хуже быть не может.
– Могло! – удивил мня он. – Если бы ты предала меня, было бы намного хуже! – пояснил Конрад. – Я так рад, что ты все рассказала мне! И оказалась на моей стороне!
– Я тоже! – прошептала я. По позвоночнику прошелся холодок. Несколько часов и меня тут не будет. «Я сделала свое дело!».
– Ты дала нам второй шанс! – Конрад поцеловал меня. – Идем!
Мы вышли на террасу, гости были в шоке и недоумении. Полиция приехала очень быстро. Детективом, которого сюда послали оказался Николсон. Он был чертовски зол. Намного злее, чем обычно. «Наверняка узнал о новом напарнике», я не удержалась и незаметно улыбнулась.
– Так! Что у нас тут?! – он оглядел кабинет с порога и плюнул на пол. Похоже, у него появилась новая привычка. – Две тушки! – хмыкнул он.
– Можно проявить немного больше уважения?! – возмутилась я, все еще находясь в теле Эллисон.
– Простите! Не Вы ли, только что, отправили их на тот свет?! – тут, мать Конрада пошевелилась.
– Только одного! – кивая в ее сторону, ответила я.
– Ну вот, теперь опять бумажной волокиты не оберешься! – Николсон нервно махнул рукой сотрудникам, показывая, что они могут приступить к своей работе, и пошел прочь.
Когда полиция уехала, у меня оставалось всего несколько минут. Я подошла к Конраду, взяла его за обе руки.
– Я соглашусь на все, что ты предложишь. И приму как есть все, в чем ты мне откажешь! – глядя ему в глаза, сказала я.
– Я был хорош? – со стеснительной улыбкой спросил он.
– Что? Ты о чем? – не понимая спросила я.
– В постели? Ведь, у тебя… ну… ты можешь оценить! – смущаясь еще больше сказал мужчина.
– Ты был великолепен! – с улыбкой ответила я. – Но, тебе есть чему поучиться! – добавила, под его проницательным взглядом.
– Ты меня научишь? – заговорщически спросил он.
– Это тело твое, пока ты его хочешь! – я взяла его ладонь и положила на грудь, со стороны сердца.
– Я хочу не только тело! Я полюбил тебя! Я женился не только на сиськах, попке и милом личике! Я женился на тебе! – Конрад сделал шаг и поцеловал меня. В тот самый момент, когда я почувствовала жар и покалывание в пальцах. «Эллисон!», подумала я. Понимая, что уже на полпути домой.
Одним из неудобных моментов, является то, что я всегда возвращаюсь в точку из которой исчезла. Поэтому, я оказалась в том самом холодильнике, который спас меня от чужих глаз. А вечером накануне, в нем лежало тело молодого парня. Так что, теперь, мы делили с ним одно пространство.
– Вот такие свидания тебе положены в реальности! – напоминая себе любимой, про положение вещей, сказала я.
Утром пришла на работу вовремя. Еще один плюс. Меняя чью – то жизнь, я могу изменить и свою. Выспавшись там, я не проспала тут. Вызова на место преступления не было, зато в газете была статья о громком деле в жизни богатых и знаменитых. А еще упоминание о настоящей любви, которая смогла побороть внутрисемейный заговор. Улыбнувшись, я отхлебнула кофе.
– Пончик? – раздался уже знакомый голос, и я обернулась.
– Рид Кингсли! – молодой детектив, стоял перед моим столом с небольшой коробкой. – Можно просто Рид!
– Сэм! – угощаясь пончиком, представилась я. – Кофе?
– Можно! – ответил парень, криво улыбаясь. Я кивнула в сторону кофеварки, заставив его рассмеяться.
– Чем могу? – спросила, разглядывая гостя со спины, пока тот наполнял себе чашку.
– Да так, решил зайти познакомиться! Говорят, Вы знаменитость! – он посмотрел на меня, через плечо.
– Врут! Я самая обычная! И, кстати, можно на ты!
Меня зовут Сэм Робертсон. Мне 23. Моим внешним данным можно только позавидовать, но мне не суждено ими пользоваться. Я знаю про секс и взаимоотношения практически все, при этом оставаясь еще девственницей. Я очень скрытна. В моей жизни нет места романтике и свиданиям. Возможно завтра, я снова окажусь в чужом теле. Но, как правильно заметил Конрад, это все для того, чтобы дать кому – то второй шанс.